Книга Усадьба с памятью, страница 80 – Аманда Франкон

— Ты же на­вер­ное слы­ша­ла от Гла­фи­ры Ни­ки­тич­ны, что я два го­да… бо­ле­ла? – уточ­ни­ла я, и Настя, вновь за­лив­шись крас­кой, кив­ну­ла. – Так вот, с тех пор как оч­ну­лась ак­ку­рат пе­ред при­ез­дом Иго­ря Пав­ло­ви­ча, в го­ло­ве ино­гда буд­то ту­ман, и па­мять ме­ста­ми под­во­дит. Вот и се­го­дня: на­до в храм съез­дить, воз­бла­го­да­рить бо­гов за вы­здо­ров­ле­ние, а я со­всем не пом­ню, как се­бя ве­сти.

Ста­ра­лась не вы­гля­деть слиш­ком жал­ко, при­зна­ва­ясь в этом, но все же немно­го тра­гиз­ма в го­лос до­ба­ви­ла. И до­би­лась, че­го хо­те­ла: Настень­ка по­смот­ре­ла на ме­ня со сме­сью ис­пу­га и со­чув­ствия и на­кры­ла мою ла­донь сво­ей.

— Вы… Ты не вол­нуй­ся, Са­ша, бо­ги не обид­чи­вы. В хра­ме толь­ко и на­до, что свя­щен­ни­це по­кло­нить­ся, ма­те­ри над­не­бес­ной ко­ло­коль­чик под­вя­зать за се­бя, и от­цу под­зем­но­му свеч­ку по­ста­вить за здо­ро­вье от­ца, бра­та и су­пру­га. Вот и все, – по­гла­жи­вая ме­ня по ру­ке, слов­но пы­та­ясь уте­шить, быст­ро пе­ре­ска­за­ла она. – Се­год­ня и служ­бы-то не бу­дет, так что ес­ли ис­по­ве­дать­ся за­хо­ти­те, или про­сить о чем-ни­будь, или бла­го­да­рить – са­мое вре­мя.

Я слу­ша­ла и мо­та­ла на ус. Чем по­дроб­нее Настя объ­яс­ня­ла, тем силь­нее я пу­та­лась в мест­ных тра­ди­ци­ях и вско­ре со­вер­шен­но пе­ре­ста­ла по­ни­мать, за­чем мест­ным це­лых два бо­га и по­че­му им по­кло­ня­ют­ся в од­ной церк­ви, но так по-раз­но­му. Од­на­ко этот во­прос за­да­вать го­стье не ре­ши­лась, что­бы не вы­став­лять се­бя со­всем уж иди­от­кой.

По­ка вы­би­ра­лась пла­тье, Гла­фи­ра Ни­ки­тич­на вор­ча­ла, но слу­чай­но про­го­во­ри­лась, что в храм жен­щи­нам при­ня­то за­пле­тать ко­су и остав­лять до­ма плат­ки со шляп­ка­ми: “ни­что не долж­но от­де­лять по­мыс­лы и во­ло­сы де­ви­цы от небес” – ска­за­ла она, ко­гда я по­тя­ну­лась за про­стень­ким пла­точ­ком.

В ре­зуль­та­те во двор я вы­шла, оли­це­тво­ряя про­сто­ту и невин­ность: лег­кое го­лу­бое пла­тье цве­та неба, про­стой ши­ро­кий по­яс к нему, в ко­се – тон­кая бе­лая лен­та, в ру­ке – ве­ер, ко­то­рый я недав­но по­чи­ни­ла. Ко­гда вы­хо­ди­ла из ком­на­ты, вдруг по­чув­ство­ва­ла, что хо­чу взять его с со­бой: в ка­че­стве пусть ил­лю­зор­ной, но за­щи­ты. Ко­гда я при­хва­ти­ла его с со­бой, ни ком­па­ньон­ка, ни Фек­ла не со­чли это стран­ным, так что те­перь я, при­кры­вая им гу­бы, рас­смат­ри­ва­ла по­дан­ную к крыль­цу ко­ляс­ку и Иго­ря, ко­то­рый вы­гля­дел так же по­ка­за­тель­но-про­сто, как и я.

Муж на миг за­мер, ко­гда я вы­шла из па­рад­ных две­рей, но его ли­цо оста­лось нечи­та­е­мым. Он по­мог мне за­брать­ся в ко­ляс­ку, за­прыг­нул сле­дом сам. Пра­вить сел его слу­га, и мы дви­ну­лись по той са­мой до­ро­ге, из-за ко­то­рой не так дав­но вы­ныр­нул его дор­мез.

Я рас­смат­ри­ва­ла жи­день­кий лес, по­дер­ну­тые мо­ло­дой лист­вой кро­ны де­ре­вьев. Игорь си­дел ря­дом, и от­то­го, что мы впер­вые ока­за­лись так близ­ко, чув­ство­ва­ла се­бя ужас­но неуют­но, хо­тя муж ста­ра­тель­но из­бе­гал слу­чай­ных при­кос­но­ве­ний, и меж­ду ру­ка­ва­ми на­шей одеж­ды оста­ва­лось рас­сто­я­ние не мень­ше ла­до­ни.

На­вер­ное, ему непри­ят­но да­же при­ка­сать­ся к из­мен­щи­це-жене? Так по­че­му он на­столь­ко силь­но со­про­тив­ля­ет­ся раз­во­ду? Вы­дал бы мне де­нег и оста­вил в по­кое: что ему сто­ит? И сам бы из­ба­вил­ся от про­бле­мы, а уж как жить даль­ше – это толь­ко мое де­ло.