Книга Усадьба с памятью, страница 52 – Аманда Франкон

Я уста­ла от на­ше­го раз­го­во­ра так, буд­то сут­ки без от­ды­ха бе­жа­ла по гор­ной тро­пе, но ру­ки че­са­лись уви­деть на­след­ство от­ца и оце­нить мас­шта­бы ка­та­стро­фы. Тем бо­лее, что по­ка, без но­вых ра­бот­ни­ков, в пол­ную си­лу за­нять­ся при­ве­де­ни­ем усадь­бы в по­ря­док я все рав­но не мог­ла.

В ка­би­нет управ­ля­ю­ще­го я во­шла че­рез пол ча­са по­сле обе­да, во­ору­жен­ная опи­сью иму­ще­ства.

— По­ка­жи­те мне ста­рье, о ко­то­ром го­во­ри­ли, – по­тре­бо­ва­ла я то­ном, не тер­пя­щим воз­ра­же­ний.

Вла­ди­мир Ана­то­лье­вич боль­ше не пы­тал­ся пря­тать­ся за мас­кой доб­ро­ду­шия: ви­ди­мо обе­ден­ный диа­лог с му­жем по­ка­зал, что я боль­ше не та неж­ная ба­ры­ня, ко­то­рую мож­но взять под руч­ку и упря­тать в ком­на­ту.

Он взял ста­рый ключ, ко­то­рый по­че­му-то хра­нил­ся от­дель­но ото всех в ящи­ке сто­ла, и по­вел ме­ня к лест­ни­це на чер­дак. От­пер его и поз­во­лил под­нять­ся пер­вой.

Ко­гда взо­ру на­ко­нец пред­ста­ли все те ве­щи, опи­са­ния ко­то­рых преж­де ви­де­ла толь­ко на бу­ма­ге, я да­же не зна­ла, ра­до­вать­ся или раз­ры­дать­ся.

Весь чер­дак от по­ла до по­тол­ка ока­зал­ся за­ва­лен та­ким немыс­ли­мым ко­ли­че­ством ве­щей, что к боль­шин­ству из них бы­ло невоз­мож­но по­до­брать­ся. Боль­шая часть до сих пор за­пе­ча­та­на в ко­роб­ки и ящи­ки, на­кры­та ка­ки­ми-то ста­ры­ми тряп­ка­ми. Но сре­ди то­го, что ва­ля­лось в пы­ли на по­лу про­сто так, я раз­гля­де­ла те са­мые фар­фо­ро­вые ва­зы, две из ко­то­рых ока­за­лись рас­ко­ло­ты. Мно­же­ство кар­тин в мас­сив­ных ра­мах сто­я­ли, при­сло­нен­ные к сте­нам и со­вер­шен­но ни­чем не за­щи­щен­ные ни от солн­ца, ни от гря­зи. Под ни­ми толь­ко ле­жа­ли ци­нов­ки – те са­мые, ки­тай­ские. Так же без за­щи­ты, пря­мо на по­лу, стоп­ка­ми сто­я­ли кни­ги. Я смах­ну­ла пыль с бли­жай­шей и от­кры­ла на се­ре­дине, но про­честь не смог­ла. Толь­ко по­ня­ла, что на­пи­са­но на гре­че­ском.

— По­че­му все эти ве­щи тут? – спро­си­ла я, обо­ра­чи­ва­ясь к управ­ля­ю­ще­му.

В гру­ди по­лы­хал гнев. Тут и прав­да це­лое со­сто­я­ние, но неиз­вест­но, как дол­го здесь ле­жа­ли эти ве­щи и что из них те­перь удаст­ся спа­си. Но я не мо­гу про­сто взять и оста­вить их!

— Вы же са­ми ве­ле­ли все это за­пе­реть с глаз до­лой. Да­же кар­ти­ны, ко­то­рые рань­ше в го­сти­ных ви­се­ли, – за­та­ра­то­рил управ­ля­ю­щий.

— Я ве­ле­ла? – с на­жи­мом уточ­ни­ла я.

Управ­ля­ю­щий от­сту­пил на пол­ша­га, но уве­рен­но кив­нул. Врет? Или про­сто бо­ит­ся, что я его сей­час чем-ни­будь огрею?

— Не­ужто не помни­те, ба­ры­ня? – мас­ля­но улыб­нул­ся он.

— Не пом­ню, – трях­ну­ла го­ло­вой я, сно­ва по­во­ра­чи­ва­ясь к ве­щам и при­ки­ды­вая, как быть.

Здесь слиш­ком тем­но, что­бы с ни­ми во­зить­ся, нуж­но дру­гое по­ме­ще­ние. С боль­ши­ми ок­на­ми и про­стор­ное, ку­да по­ме­стит­ся стол, ин­стру­мен­ты для ре­став­ра­ции, книж­ные шка­фы и пол­ки для все­го это­го. Что-то, воз­мож­но, дей­стви­тель­но луч­ше про­дать, но я не хо­чу рас­ста­вать­ся со все­ми эти­ми ве­ща­ми. Да и не вы­ход это: всю жизнь на них все рав­но не про­жи­вешь, мне в лю­бом слу­чае по­на­до­бит­ся дру­гой ис­точ­ник за­ра­бот­ка. Но уве­ре­на, на него при­дет­ся ис­кать пер­во­на­чаль­ный ка­пи­тал. И остат­ки от­цов­ско­го на­след­ства вполне мо­гут им стать.