Онлайн книга «Усадьба с памятью»
|
Еще раз взглянув на пострадавшее от неизвестной руки дерево, я крепко запомнила его цвет – темный, насыщенный древесный – и поспешила в сад. Ожидала, что Глафира Никитична поймает меня где-нибудь по пути, но она куда-то пропала. Зато с кухни доносился грохот посуды и оживленные голоса. Заинтригованная, я решила выйти наружу попозже и направилась на звуки. В кухне компаньонки уже не было, зато мальчишка и две девушки на вид чуть постарше него суетились под руководством низкорослого и широкого бородатого мужика. — Ты – морковку нарезай, только тоненько. Ты – еще воды принеси. А ты мешай, не отвлекайся, – командовал мужик, размахивая ложкой, как дирижер палочкой. Повар, надо полагать. Заметив в кухне хозяйку, мужчина тут же скользнул взглядом к моим рукам, и обнаружив, что они пусты, облегченно выдохнул. Они что, правда тут всей толпой боятся хрупкую женщину, которая гуляет по усадьбе с ножом? Жуть какая. — Вам бы лучше на свежий воздух, барыня. Обед через часик уж подадим вам как обычно, – пропыхтел он. – Глафира Никитична все нам передала, исполним в лучшем виде. — Что передала? Я только послала ее спросить, как скоро обед и из чего он будет состоять. Повар на секунду растерялся, но быстро просветлел лицом и широко улыбнулся. — Так то, что на поправку вы идете, и что аппетит у вас проснулся, – отчитался он, но как-то слишком уж торопливо. Ладно, пока сделаю вид, что поверила. — На кухне есть желатин? – спросила я, оглядываясь. В целом чисто. Скобленый пол и столы, порядок среди мешков с овощами и бочек у дальнем углу. Старая и застиранная, но чистая одежда на прислуге. Ничего из тех баек о “грязном средневековье”, которыми пугают доверчивых зрителей не слишком образованные авторы научпоп-контента. Повар удивленно уставился на меня. — Вы уж простите, барыня, но я по-французски не разумею, – наконец выдал он. Ясно, значит до желатина тут еще не доросли. — Я говорю, клей рыбий тут найдется? – снисходительно пояснила я. — Да как же не найтись, есть конечно! – обрадованно закивал мужик. – Киселя желаете, али холодец поставить? — Нет. После обеда мне понадобится маленькая плашка этого клея и плита, – я посмотрела на дровяную плиту с чугунным настилом. – Как с обедом закончите, поддержите в ней жар, но не слишком сильный. — Как изволите, – кивнул повар с непроницаемым лицом, на котором читалось “барыня опять чудить изволит, и вовсе она не здорова”. Да и ладно! Пусть радуются, что с ножом по усадьбе не прыгаю. Разобравшись и со вторым ингредиентом раствора для заливки трещин, я наконец вышла в сад. Оставалось только добыть краситель. — Александра Константиновна, что вы себе выдумали? Немедленно вернитесь в будуар, ради вашего же блага! – закричал кто-то справа, когда стоило мне выйти за дверь. Я так удивилась, что даже разозлиться на успела. Только обернулась и заметила, что из галереи ко мне спешит высокий худой мужчина лет пятидесяти на вид, почти лысый, но с богатыми седыми бакенбардами. За ним семенила Глафира Никитична, с надеждой поглядывая на мужчину. |