Книга Телохранительница Его Темнейшества, Феникс Тринадцатого клана, страница 104 – Ирмата Арьяр

Даже побитые оборотни перестали подвывать и тихонько отползали к стеночке, поджав хвосты. Стражницы тоже осторожно пятились, но приготовили оружие. А их губы шептали:

— Только не это, богиня! Смилуйся, помоги, спаси нашу царицу… Не дай свершиться ее превращению, Лойт!

Рядом с Эльдой откуда-то появилась худенькая седая женщина и ласково гладила ее по плечу. Из кармана старушки торчали вязальные спицы.

— Тихо, милая, тихо, – бормотала она. – Успокойся, все хорошо. Это тебе привиделось все. Ты видишь плохой сон, девочка. Всего лишь сон. Сейчас ты проснешься, и все развеется.

— С-с-с-о-он, – выдохнула Эльда с каким-то странным шипением, и на миг ее напряженное лицо напомнило принцу ту болотную тварь, хиссу.

— Да, милая моя, да… – уговаривала старушка. – Не взаправду все.

А сама левой рукой вытащила из кармана спицу. В точности такую же, как у Кикируси, отметил удивленный Дьяр.

И бессмертная няня темных владык, легкая на помине, тут же появилась за спиной Сатарфа. Поправила соломенную шляпку на растрепанных космах, ткнула владыку в бок кулаком. Проворчала:

— Ну, чего стоишь, дурачина, кого ждешь? Тут сейчас такое будет… Гинья восемнадцать лет стоит за порогом. Прорвется, мало никому не покажется!

Сатарф, не отрывая взгляда от глаз Эльды, плавным движением прикоснулся к сыну.

— Уходи домой, Дьяр, немедленно, – шепнул владыка. – Растворись тихонько, она сейчас и не заметит. Твоих «теней» я тоже смогу выпустить.

— А ты? – так же на грани слышимости спросил принц. – Ты же выплеснул остатки сил, я чувствую.

— Не беспокойся обо мне. У меня тут еще кое-какие дела. Вернусь, как сделаю.

Кикируся подтолкнула владыку:

— Да присмотрю я за твоим мальчиком, раз уж пришла. Ступай, Сат, время выходит. И говори с ней, говори, не дай уснуть ее разуму!

Дьяр не смог заставить себя послушаться отца и уйти. Как завороженный, смотрел на плавные движения владыки, скользнувшего к царице, слушал его мягкий, ставший бархатистым голос:

— Я всего лишь твой сон, Эльда. А ты – мой сон. Прекрасный, как весенний сад на рассвете, когда распускаются первые цветы. Ты помнишь? Мы впервые увидели друг друга в таком саду. Было полнолуние, и деревья стояли, словно кружевные, сотканные из лунного света. Луна в Тархареше видна не так, как в твоем царстве на Серых Холмах. Она то прячет свой лик, то открывает полностью, и он прекрасен, должен признать. Но ты, Эльда, прекраснее. Ты танцевала в ту ночь и смеялась, празднуя дни полной силы богини, помнишь?

Эльда судорожно вздохнула и прикрыла глаза, а Сатарф подошел совсем близко, медленно поднял руки и коснулся ее плеч. Старушка, одобрительно кивнув, отступила на шаг, но спицу не убрала и смотрела настороженно.

— С-с-сон, – свистящим шепотом сказала Эльда. – С-с-сат… Сон…

— Да, любимая, – руки Сатарфа скользнули за спину царицы, он привлек ее к груди и погладил по волосам. – Только сон, как ни жаль. Разве наяву я посмел бы к тебе прикоснуться?

— Что случилось с тобой, Сат? Что с твоим глазом, с руками?

— Крылья я тоже потерял. Во сне случаются кошмары.

— И я потеряла… тогда… – прошептала царица, отстранившись, и ее лицо снова исказила жуткая судорога.

Владыка удержал ее, крепко обняв за плечи.

— Это был сон, Эльда. Неправильный, нехороший сон. Прости меня, любимая, – он опустился перед ней на колени и, поймав ее ладони, поцеловал.