Книга Три звезды Форгетона, страница 82 – Настя О

— Я понимаю, что ты опасаешься оставлять их с отцом, но уж за Ирину Витальевну могла бы и не переживать!

— Это неискоренимо, — вздохнула я. — Но лучше неси бережнее, а то мой завтрак останется где-нибудь вне организма.

Двайр тут же спохватился и опустил меня на землю, чтобы затем поднять на руки в гораздо более удобной позе. Тонкий скафандр, чудо инженерии Галактического Союза, не оставлял пространства для фантазии, и Двайру были доступны абсолютно все части моего тела, до которых можно было дотянуться. Но он продолжал вести себя невозмутимо. Словно у него появился более важный повод подумать, чем я.

— Это будет что-то грандиозное?

Бровь выгнулась дугой непроизвольно — я мало видела Двайра настолько сосредоточенным. В прошлом он был довольно веселым товарищем, сейчас к уже знакомым оттенкам его настроения благодаря детям добавились растерянность и, как это ни странно, находчивость. Иначе с нашими сорванцами было просто не выжить. Любую катастрофу приходилось преподносить так, словно она выглядела милой детской игрой.

— Я бы не сказал, — задумчиво отозвался Двайр, пока открывал дверь в ангар. — Просто для тебя это будет необычно. Но я надеюсь, что тебе все-таки понравится.

Внутри ангара было уже привычно светло, как днем. Небольшой «катер» скорее напоминал летающего морского ската, переливающегося в освещении комнаты лазурно-серебристым сиянием. В его центральной части находилось углубление, при приближении к которому я поняла, что это и будет наша кабина для полета. Выходит, Двайр не зря попросил меня надеть шлем к скафандру, когда утром отправил одеваться на прогулку. Детей, кстати, мы экипировали точно также.

Теперь замыслы нашего папы становились понятными: у катера не было верха. Но Двайр заверил меня, что холодно не будет. Ни сейчас, ни тогда, когда долетим до конечной точки нашего путешествия, поскольку зима на Форгетоне довольно мягкая.

— А там что? — полюбопытствовала я.

— А там нас будет ждать Фари. Он тебе очень понравится, обещаю.

— Фари — это кто? — на всякий случай спросила я.

— Фари — это наш домашний космопух.

— Как же вы его держите? Не проще ли было оставлять его у твоего отца, пока тебя нет?

— О, дорогая, поверь мне — не проще, — расслабленно засмеялся Двайр.

После этого я перестала задавать вопросы. Двайр помог мне усесться на место единственного пассажира, не забыв пристегнуть. Правда, залезать в космическое блюдце оказалось весьма интересно: оно только на первый взгляд производило впечатление абсолютно гладкой поверхности. Стоило Двайру ступить на него, как материал обшивки изменил структуру. А когда рядом оказалась я, то поняла: под подошвами сапогов находилась шершавая поверхность, по которой можно прекрасно передвигаться.

— Холодно не будет — сейчас включим подогрев.

Внутри было почти так же, как в кабине самолета, которую я видела в наших фильмах. Места немного, буквально — чтобы сесть рядом с Двайром и затаить дыхание от восторга. Да и кнопок управления по минимуму — все сосредоточено на стороне моего спутника. Мне оставалось только любоваться гладкой внутренней обшивкой, которая сверкала приглушенно, но все равно напоминала дом Ардайна.

А потом началось еще одно чудо — Двайр нажал что-то на панели управления, и потолок нашего ангара отъехал в сторону, после чего катер почти бесшумно поднялся в воздух. И мы полетели туда, где должен был находиться тот самый космопух.