Книга Увядающий ирис бытия, страница 116 – Настя О

— Начнем претворять коварный план твоего заключения в жизнь сразу же, — злорадно ухмыляется Тео, но я остаюсь верна самой себе:

— Все, что хочешь, милый.

— У тебя есть, что сказать в свою защиту? — спрашивают меня перед тем, как обрушить град поцелуев на лицо, шею и плечи.

Только сейчас начинаю понимать, что вернулась. Не хочу больше видеть потухшего взгляда. Не хочу слышать боль и отчаяние в его голосе из-за того, что потерял меня. Я задыхаюсь от волны восторга, идущей от Тео.

— Люблю тебя, — единственное оправдание, которое вообще может помочь, и только его способен принять Тео.

Я погружаюсь в вихрь эмоций и ощущений, который дарит любимый. Меня оживляют, заставляя снова учиться дышать и чувствовать его. Воскрешают в памяти трепет, сопровождающий сознание при звуке его голоса. Разгоняют по телу мурашки от желанных прикосновений.

Здесь и сейчас мы с ним превратились в единое целое. Стали монолитом, пройдя все уготованные испытания. Я мысленно усмехаюсь, произнося про себя слова клятвы «в горе и в радости»: мы хлебнули их через край. Мы получили награду за все, что пришлось вынести. Мы будем наградой друг для друга на всю оставшуюся жизнь.

Путешествуя кончиками пальцев по его коже, я воскрешаю ощущения от близости с Тео. Задыхаюсь, словно впервые, от каждой его ласки. Выдыхаю любимое имя, принимаю в себя, растворяюсь в нем снова и снова. Не знаю, за что мне решили подарить этого необыкновенного мужчину, но больше никогда, ни за что не заставлю его страдать. Обещаю оберегать и любить вопреки всему, что может с нами случиться.

В этот раз все заканчивается так быстро, словно мы не виделись вечность и изголодались друг по другу. Я занимаю любимое место на груди Тео и чувствую осторожные прикосновения его пальцев к волосам. Довольно мурчу в ответ, а через некоторое время слышу насмешливый голос некроманта:

— Если не выпускать тебя из постели, я стану на шаг ближе к исполнению своего коварного плана.

Мне в голову лениво заползает мысль о том, что в год по ребенку — это слишком часто, и я не могу не поделиться сомнением:

— А на мне противозачаточное заклинание.

— Видал я твои заклинания, — лениво отзывается Тео, — только, даже если и были эффективными, после смерти уже не действуют.

Драматическая пауза дает в полной мере ощутить величину грозящих мне неприятностей. Приподнимаю голову и подозрительно гляжу на Тео:

— Думаешь, все учел?

Он кивает, позволяя улыбке превратиться в добродушный оскал счастливого хищника.

— Ты забыл одну маленькую деталь, милый, — испытываю почти злорадное удовлетворение от медленно заползающих на лоб бровей Тео.

— Какую же? — ехидно интересуется некромант.

— Я не собираюсь воспитывать детей вне брака. Что ты можешь сказать на это?

— Как насчет того, чтобы попробовать себя в качестве миссис Кейн?

— Не-е-е-т, — Тео хмурится, и я поясняю свою позицию. — Я не могу пойти на столь решительный шаг без благословления отца.

— Рен, но ведь твои родители умерли, — словно маленькому ребенку, объясняет мне Тео.

— Мои приемные родители умерли, — я делаю ударение на слове «приемные», и в глазах Тео мелькает понимание. — А настоящие родители разбросаны по миру. Поможешь найти Салвиила?

После этих слов меня прижимают к сильному телу и дарят еще один поцелуй. Он не для того, чтобы продемонстрировать страсть, увлечение или любовь. Все это мне и так известно. Поцелуй Тео — это обещание, которое он непременно выполнит.