Книга Божественной тропой, страница 77 – Настя О

Девушка перевела дыхание, пытаясь справиться с нахлынувшими эмоциями, а я с каждым ее словом все отчетливее понимала: такие, как Ро–коон и его прислужники, меня никогда не примут. Храм Ёёши пустовал не потому, что деревня отказалась от бога. Просто он уже был среди этих людей, самопровозглашенный и не терпящий соперничества. Странно, но этот факт не вызвал во мне страха. Даже без наложенного проклятья Ро–коон не представлял для меня угрозы.

— Ты не считаешь, что слишком несправедлива с нами? – снова отмерла Ичимиджи. – Не боишься осмеяния? Великая богиня в постели богомерзкого коттая! Я обещаю, клянусь: если ты не изменишь нашу жизнь, все узнают, какова ты на самом деле!

Первым не выдержал Бокки. Доррон затрясся всем телом, желая только одного: выгнать клеветницу с территории храма. Я его остановила.

— Не стоит, уважаемый доррон. Она еще не произнесла своей просьбы.

— Палкой по спине ей, а не просьбы исполнять! – взвился ратующий за меня дух. – Да я лично сократил бы численность таких злословов, будь у меня возможность!

— Эти злословы построили храм, в котором поселились вы, – мягко напомнила я. – И лишь благодаря им мы с вами повстречались. К тому же вы не хуже меня знаете: богам важна любая эмоция, будь то почитание или страх. Боги становятся добрыми или злыми не потому, что так хотят люди, а потому, что проходят испытание силой. Если они в состоянии, то в глазах людей становятся спасителями, если нет – могут обратиться и в демонов. Я для Проклятой деревни пока не больше чем самоуверенная девчонка, лишившая их покоя.

— И что ты собираешься делать? – Хё не скрывала сомнений.

Как раз в это время зазвенел шар, подвешенный над решеткой для подношений, а в ящик со звоном упала монета. Хлопнув дважды в ладоши, Ичимиджи с яростью произнесла:

— Верни нам наши жизни, богиня! Иначе твое имя будет похоронено во тьме веков!

Сказав это, любовница Ро–коона развернулась и отправилась к входной тории. Доррон и Хё недоуменно смотрели на меня:

— Она не произнесла просьбы! Что значит вернуть им их жизнь?

— Я знаю, чего она на самом деле хочет. Я слышала это в ее мыслях.

— И что же это? – холодно спросила Хё.

— Тайна между человеком и богом, – опередил меня Бокки. – То, что бог никогда не произнесет вслух.

— В любом случае, – развела руками Хё, – мы узнаем, если это желание действительно изменит их жизни.

— Конечно, узнаем, – уверила их я. Я и вправду собиралась исполнить заветную мечту Ичимиджи. Не знала только, как к этому в будущем отнесется Хё.

Вечером я осталась в храме. Развела огонь в примыкающей к саду камней комнате и пожелала, чтобы желание Ичимиджи непременно исполнилось. Да, безусловно, девушка оказалась эгоистичной и замечающей только свои беды, но…будь она на месте Риндо, что случилось бы с ней? Я не могла брать на себя ответственность такого рода, не могла бросить ее надежды на произвол судьбы. Я ведь узнала, насколько жестокими могут быть боги. А Риндо всего лишь хотел наблюдать цветение аотамы вместе с любимой!

Когда с первой просьбой было покончено, я вернулась к оставленному занятию. Листы дневника жизни Риндо приятно согревали пальцы, словно стали частью меня самой. Удобнее устроившись перед пламенем, я погрузилась в чтение.

«Я уходил от нее без единого сожаления. Дождался, когда закончит работу над своим первым коттаем, и обманом заставил покинуть храм на несколько дней. Этого времени хватило, чтоб отыскать по хозяйственным помещениям обрывки тканей и, обернувшись ими, чтобы не привлекать излишнего внимания, начать уходить как можно дальше от храма Ёёни. Я не знал, какие изменения произошли с моей внешностью, ведь кроме когтей не мог толком увидеть ничего. Очевидно, Ёёни нравились мои волосы, нравились настолько, что она вырастила их, и теперь пряди спускались намного ниже пояса. Как ни старался я от них избавиться, они отрастали вновь, и пришлось смириться с проклятьем, обрушившимся на мою голову. В таком виде я мог привлечь ненужное внимание. Пришлось идти по лесам, пока не найдется место, где я мог бы укрыться. На мое счастье, однажды попалась небольшая деревенька, в которой я смог обзавестись нормальной одеждой и захватить некоторое количество про запас. Нет, холода я больше не чувствовал, но спать ночью, наверное, было бы неудобно. Хотя требовался ли коттаям сон?