Книга Божественной тропой, страница 52 – Настя О

Стоило моим губам отпустить последнее слово, и божественная магия пришла в движение. Ро–коон зашипел, потянулся рукой к вороту, освобождая ключицу, и на его коже я заметила занимающуюся – и очень знакомую – золотистую ветвь аотамы. Совсем как у Риндо. Выходит, еще один был обречен столкнуться с грозящим ему возмездием. Меня это не волновало: я чувствовала, что применила дар по назначению. Зато я все еще была в силах помочь Хё.

Опустившись рядом с ней на колени, я провела рукой над ссадиной на ее голени, и та неохотно принялась исчезать. Улыбнувшись, я перевела взгляд на лицо новой знакомой, но не встретила там похожих эмоций.

— Уходи отсюда, Мэй, – еле слышно шепнула она. – Сейчас муж взбесится, и я не уверена, что смогу его задержать. Помешать поселиться в храме жители все равно не смогут – даже на первую ступень, ведущую к вершине Небесной Горы, не решатся подняться. Но и благословения своего не дадут, а значит, подчинив себе доррона, ты не сможешь питаться силой их молитв. Я каждую ночь буду желать тебе здравствовать и мечтать, чтобы у твоего дара нашлись последователи. А сейчас уходи – уходи, Мэй, эти люди страшны в своем безумии!

Толпа вокруг и правда недоверчиво переговаривалась, но ровно до того момента, пока Ро–коон не взревел голосом, лишь отдаленно напоминающим человеческий.

— Что это? – возмущался он, раздувая ноздри и краснея лицом. – Что за клеймо ты на мне оставила?!

— Узнаешь со временем, – спокойно отозвалась я, глядя в черные глаза, поднялась на ноги и помогла Хё выпрямиться. – Пока еще не поздно, вернись к жене и прекрати относиться к ней, как к рабыне. Если хочешь, чтобы она стала священным сосудом твоего будущего, воспринимай ее соответствующим образом. Ну а не прислушаешься к моим словам – пеняй на себя, великий воин, которого боится сам Алый демон.

Конечно, я не сомневалась, что тут муж Хё приукрасил правду. Алый демон одним своим видом внушал необъяснимый страх. Окажись я с ним сейчас лицом к лицу, не знаю, смогла бы выстоять, особенно помня о том, как жестоко тот развоплотил любимого прямо на моих глазах. Ро–коон, пусть и казался на вид грозным, на деле же был простым неверным мужем. Горько было осознавать то, что в жены ему далась такая прекрасная женщина, как Хё. Но здесь я ничего не могла поделать: ей я показала, что возможна и другая жизнь. Решение оставалось за самой Хё. А мне действительно стоило отправиться туда, куда дорогу должен был открыть доррон храма Ёёши.

— Вон отсюда, несносная богиня! – проревел Ро–коон будто в ответ на мои мысли. – Была бы ты коренной, давно бы лежала с отрубленной головой за подобное непослушание, но лишь из снисходительности к твоему невежеству на этот раз оставлю тебя в живых! Вот, проклятое дитя!

Я совсем не удивилась тому, что староста не сказал ни слова против, а толпа расступилась у самого угла его дома, открывая взору узкую тропинку, ведущую в сторону заднего двора. Если я не ошибалась, оттуда можно было выйти к подножию Небесной Горы, а значит, выполни дух храма условия нашей сделки, вскоре я должна была оказаться на заветных ступеньках. От этой мысли душа воспарила, и, не обращая внимания на сотни осуждающих взглядов, я улыбнулась Хё на прощание.

— Береги себя, – искренне пожелала я девушке.