Книга Кровь Достойных. Бастион Восточный, страница 48 – Алексей Гапоненко

— Нет, потому что я спас тебя.

— Что? О чём ты? – развернулся Верус на звук холодного голоса. На этот раз истукан явил себя, обратившись из неуловимого звука в голове во вполне осязаемую статую.

— Это не просто образ, я полностью воссоздал удар Вектора. Именно так он напал на нас в зале Шести Богов. Ты впал в ступор, мне пришлось брать всё на себя. Я не собирался погибать, сразу же после воскрешения. Я подавил твою душу и насильно забрал сосуд. Без синхро… слияния – это очень опасно, однако времени не было. Пришлось импровизировать, но всё прошло гладко. Я сотворил барьер, но Вектор сумел пронзить его и ранил тело. Вместо пробитой головы ты отделался лишь шрамом на половину лица, он же почти полностью уничтожил свой союз, разрушив тело девушки. Но эта история для другого раза, твой урок не в этом, Верус.

— Зачем ты делаешь всё это? Я не понимаю, – охотник устало опустил руки. Пальцы разжались и меч с кинжалом упали в пустоту.

— Ты не любишь говорить, но у нас мало времени, а, значит, мне нужна лучшая стратегия.

— Стратегия. Урок. Думал дни учёбы давно закончились, а теперь ты. Что будешь делать, если я и от этого откажусь?

— Вопросы, вопросы, вопросы… А ведь сам ты так и не ответил на мой.

— Какой? Давай уже закончим с этим, я хочу проснуться. Хватит, сколько можно лекций, даже грёбанные монахи ордена не были так безумны в желании вдолбить что-то в мою голову. Заканчивай, кто бы ты там ни был.

— О! Я закончу, но лишь тогда, когда урок будет усвоен.

— Верус? – тихий голос, донесшийся со спины, пробрал Веруса до самых костей. Кровь ударила в голову, а сердце бешено заколотилось в груди. Обернувшись, парень увидел то, чего боялся. Сабрина. Не каменная статуя или призрачная хмарь, нет, девушка во плоти стояла прямо перед ним. Каких-то три или четыре шага, и он сможет заключить её в объятия. Что-то глубоко в душе воина вспыхнуло настоящим пожаром, но тут же было подавлено дьявольской ухмылкой, растянувшей губы любимой:

— Я – сама справедливость! И я заберу своё!

Вслед за роковыми словами тело Сабрины расплылось в серую волну, что обрушилась на охотника. Этот удар, как и все предыдущие попал точно в цель. Мимолётная боль исчезла, не успев толком возникнуть. А Верус снова плыл в бесконечной неге темноты.

— Гад… ну и гад же ты, Николас, – процедил проигравший и нехотя поднялся. – Сколько раз ты будешь повторять это? Зачем тебе мучить меня? Я и без тебя помню, что он убил её, этот твой друг. Ублюдок Вектор! Я знаю, хватит напоминать!!! Мне уже никогда об этом не забыть!

— И всё же ты видишь её, Сабрина нападает на тебя, твой разум обманывает сам себя, выдавая желаемое за действительное. Непозволительная роскошь, герой. Урок ещё не усвоен…

* * *

Дыхание сбилось, со свистом вырываясь из грудины, Верус задыхался, захлёбываясь собственной кровью: та больше не парила, лишь пачкала ворот рубахи. Напрягая последние силы, воин сумел сосредоточить взгляд на тонкой руке, пробившей его грудь, а вместе с ней и лёгкое. Медленно ползя по лопнувшей длинными швами коже и бугрящимся мышцам, взор поднимается до лица убийцы. Тот презрительно морщится, словно вступив в кучу лошадиного дерьма и стряхивает парня с руки. Зрение вновь мутнеет, боль мешает думать, но Верус из последних сил удерживает зрительный контакт.