Книга Уравнение с тремя неизвестными, страница 63 – Людмила Мартова

— Нет, не помню.

— А Костика? Он почти три часа за пультом просидел. Точно в первый? Подумайте, может быть, вы встречались раньше? В Рыбинске, к примеру.

Если Горелов снова удивился, то вида не показал. Он честно задумался, собирая лоб складками. Потом покачал головой.

— Точно. Не пересекались мы в Рыбинске. У меня хорошая зрительная память, так что можете мне верить.

— Хорошо, – кивнул Дорошин. – А кто-то еще не показался вам смутно знакомым?

— Честно сказать, я был озабочен присутствием Гелены. Я как-то упустил из виду, что она может оказаться на этом светском рауте. Я понимал, что она не преминет выяснять отношения, и думал над тем, как сделать так, чтобы это произошло не на глазах у Нины. На все остальное я обращал мало внимания. Обычная вечеринка мало знакомых мне людей.

Яснее не становилось.

— Вадим, я вынужден вас просить быть аккуратнее. Кто бы ни был этот ночной визитер, он явно приходил по вашу душу. Не хотелось бы, чтобы вы были следующим, кого мы найдем с проломленной головой.

— Хорошо, я буду осторожен, – серьезно сказал Горелов.

Пустая бравада ему была чужда, и Лене это нравилось. Ей вообще был симпатичен этот человек, интуитивно понятный и какой-то надежный, что ли. Дай бог, чтобы у них с Ниной все срослось. Точнее, для начала дай бог, чтобы с молодой женщиной все обошлось и она осталась жива и здорова.

Еще ранним утром Дорошин позвонил Бекетову, и следователь появился в доме минут через десять после Вадима. Выглядел он мрачнее тучи. Впрочем, Лена его понимала. Эта неуемная компания из поселка художников все больше превращалась в какую-то ходячую проблему. Еще убийство Эдика не раскрыто, а тут тебе и Нину по голове ударили, и в комнату Вадима ночью влезли.

Все вместе они обсудили, что совершенные преступления своими корнями все-таки уходят в Рыбинск. Вскоре после возвращения домой Владимира Невского несколько раз переехала машина. Вадим Горелов был владельцем того самого отеля, в котором висел портрет Пети Токменева. Художник Алексей Никаноров и его супруга Елизавета Никитична были родом из Рыбинска. Все это могло быть простым совпадением, но весь разыскной опыт, как Дорошина, так и Бекетова, твердил, что совпадением это не являлось.

Отхлебывая холодный морс, следователь рассказывал о результатах проверки, которую оперативная группа закончила как раз накануне. Как и обещал Владимир Николаевич Дорошину, оперативники проверили, кто из гостей мог иметь отношение к Рыбинску. Результаты проверки оказались столь ошеломляющими, что, выслушав их, все долго молчали.

Галерист Леонид Кисловский был коренным москвичом, а вот его жена Екатерина родилась и до двенадцати лет жила в Рыбинске, после чего ее родители подались в Москву на заработки. В Ярославской области у нее осталась бабушка, к которой юную Катю отправляли на все лето, и дом, оставшийся в наследство от старушки, мало того, что располагался в двух кварталах от усадьбы адвоката Леонтьева, в которой Вадим Горелов открыл свой отель, так еще и до сих пор принадлежал Кисловской.

Гелена Волкова в далеком прошлом тоже оказалась уроженкой Рыбинска, окончившей Ярославское хореографическое училище и только после этого перебравшейся в Москву благодаря участию председателя жюри одного из танцевальных конкурсов, где она заняла первое место. Именно в Рыбинске до сих пор жили родители балерины.