Книга Цветочный детектив, страница 59 – Татьяна Устинова, Галина Владимировна Романова, Людмила Мартова, и др.

— Есть еще одна камера, о которой не знает общественность. Наблюдение пишется на комп в моем кабинете. Поехали. – Директор стремительно бросился к выходу из гостиной.

— Гражданин Саблин, – попридержал его, поймав за локоть, Назаров. – Вы бы штаны‐то все же надели…

Они снова вернулись к ресторану, выстроив в ряд машины на парковке. Толпой вошли с черного хода, поднялись на второй этаж в кабинет генерального директор Бориса Саблина. Усевшись за стол, напоминающий остров своими размерами и зеленым цветом, тот сразу подтянул к себе ноутбук и защелкал по клавишам, вводя пароль.

— Ничего не понимаю… – пробормотал он, откидываясь на высокую спинку рабочего кресла. – Как так! Странно…

— Разрешите взглянуть?

Не дождавшись разрешения, Назаров развернул ноутбук монитором ко всем присутствующим.

На экране транслировался поздний вечер, когда убили официантку. Темный внедорожник поджидал ее левее черного хода. Когда Ксения вышла на улицу, дверь внедорожника со стороны переднего пассажирского сиденья открылась. Ксюша махнула рукой от входа и быстрым шагом двинулась к машине. Села. Дверь захлопнулась. Машина уехала.

— И чего вам тут непонятно, гражданин Саблин? – повернул ноутбук экраном к хозяину Назаров. – Чья это машина?

— Это… Это машина Клавы Сойкиной – моей главной помощницы во всех делах. А странно то, что она сказала, будто не видела Ксюшу в тот вечер. А сама… Сама отвозила ее.

— Вопрос – как далеко она ее увезла? – Назаров обернулся на оперативников. – Найдите ее и сюда быстро!

Он зашел со спины, встал за креслом директора.

— Смотрим дальше. Покажите вчерашний вечер, гражданин Саблин. Может, и пропавшая Вероника найдется? Вдруг ее снова увезла Сойкина?

Алла испуганно охнула, заплакала и принялась шептать Павлу Анатольевичу в ухо:

— Она жива! Я верю! Я это чувствую! Ничка жива!..

Саблин послушно защелкал клавишами, перематывая записи с тайной камеры на трансляцию вчерашнего вечера.

— Вот она! – крикнул он, пожалуй, излишне громко. – Смотрите!

Алла с Павлом Анатольевичем, не дожидаясь приглашения, рванули к столу и встали рядом с Назаровым за спинкой кресла.

Запись с участием Вероники начиналась с девяти пятнадцати вечера. Она выбежала из двери заднего входа на улицу и, сжимая и разжимая кулак, заходила по территории. Потом вытирала слезы и что‐то кричала, задрав голову. Камера звука не транслировала. А следом…

— Клава! – ахнул Саблин. – Снова она?!

Клава Сойкина на сей раз не усадила девушку в машину. Она вышла из той же двери аварийного входа на высоких каблуках, в короткой юбке и малюсенькой майке с блестками. Подошла к Веронике и что‐то начала говорить ей. Видимо, нехорошее, потому что Вероника попятилась и замотала головой. Клава ударила ее по щеке. А потом схватила за руку и потащила к двери.

— На этом все, – удивленно округлил глаза Борис Саблин, просмотрев запись с самого утра. – Больше Вероника не выходила. Значит, что?

— Что?! – ответили все трое.

— Она все еще здесь! И я, кажется, знаю, куда Клава ее спрятала. То есть где заперла. Комната в подвале! Туда, быстро!

По пути на первый этаж они столкнулись с оперативниками, которые доложили, что Клавдия Сойкина уехала из ресторана за десять минут до их приезда. Уехала одна, усаживалась в машину у всех на виду.