Книга Цветочный детектив, страница 36 – Татьяна Устинова, Галина Владимировна Романова, Людмила Мартова, и др.

Это даже не кирдык. Это полный пипец. Для нее, разумеется.

Мусолить со всех сторон апокалиптический вариант развития событий, впрочем, было некогда.

Вызвав машину, Соня стала собирать цветы и упаковывать их для перевозки, оставшуюся в вазонах воду выносить в подвал и выливать в служебном туалете. Когда холодильник опустел, принялась за домашние, в горшках, хотя их можно было не трогать. Холод им, в отличие от срезанных, не нужен, так что можно просто оттащить в тень и полить в расчете на пару дней ее отсутствия. Мягкие игрушки, подарочные коробки и всякую лабуду вроде фаянсовых статуэток и открыток можно оставить как есть. Пыль смахнет по возвращении, если что, и все.

Закончив приготовления, она уселась на стул за крошечным прилавком и стала глядеть в окно.

Магазинчик «Цветочный рай» – это уголок у самого входа в торговый центр. Этакий узкий коридорчик. С одной стороны глухая стена, с другой – стеклянная. От пола до потолка и во всю ширину. Продавщица целый день словно в шоу «За стеклом»: ни нагнуться, ни штаны подтянуть. Напротив магазина как раз остановка, так что без зрителей нельзя остаться ни на минуту. Особенно достают прыщавые подростки, тешащие свои крошечные письки тупым юмором и лошадиным гоготом.

И за что ей все это?

— Эй, Сонька! Отворяй, девять-один-один пришел! – услышала она и, вскочив, побежала открывать дверь магазинчика.

Когда речь о цветах, кукситься и жалеть себя некогда. Каждая минута на вес золота.

Она поехала вместе с ребятами, не ожидая для себя ничего утешительного. Хорошо бы хоть на склад поставили работать, а не отправили за свой счет дома сидеть. Свет обещали вернуть максимум через день, но кто их знает! Где день, там и два, а ей без денег теперь никак. Она отныне на самообеспечении.

Вообще‐то она всегда была на хорошем счету. Во-первых, у нее почти не было неликвида. Полуживые растения она научилась выхаживать на раз. Сперва, само собой, удалить поврежденные листья, чтобы не отбирали у растеньица оставшиеся силы, потом обработать эпином или цирконом, от паразитов, как минимум – фитовермом, затем на всякий случай пересадить для профилактики гнили корней и создать бедняжкам тепличные условия. Выживали, конечно, не все, но многие.

Следствием реанимационных мероприятий было перевыполнение плана продаж, минимальный процент потерь и премия в конце месяца.

Кроме того, в отсутствие флориста букеты крутила тоже она, и, кажется, получалось неплохо, хотя на флориста она не училась. Делала композиции на свой вкус, а покупателям нравилось. Букеты не застаивались, поэтому меньше времени приходилось тратить на то, чтобы из полудохлых цветков сварганить что‐то приличное и продать по цене свежака.

Ну и, наконец, «личные качества продавца», как не раз подчеркивал Ашот Керимович, у нее всегда были на высоте. Покупателям не грубила, приветливо улыбалась и не жалела времени на подбор товара для каждого – по желанию и покупательным способностям.

Но все это было до того, как ушел Денис. Сможет ли она теперь улыбаться людям и создавать цветочные композиции? Любое дело надо делать с любовью.

А любви у нее теперь не было. От слова «совсем».

Разговор с Ашотом Керимовичем был коротким.

— Не бзди, София, но и не расслабляйся. Останешься на складе. Нагрузка общая плюс твои цветы на тебе. Все, что пропадет, на тебя запишу. Так что соберись, физалия!