Книга Цветочный детектив, страница 35 – Татьяна Устинова, Галина Владимировна Романова, Людмила Мартова, и др.

— «Софи», – снова повторила Катя и с чувством расцеловала своего чудесного песика. – Они все это затеяли, чтобы украсть брошь. У них ночью самолет в Стамбул. Милена все‐таки не оставила надежд на небоскреб в Нью-Йорке. А еще, Влад, она мечтала меня убить. Так меня ненавидит, это просто ужасно.

— Прямо скажем, любить ей тебя не за что. Но я совершил ошибку, в прошлый раз оставив их безнаказанными. Думал, что лишить работы – достаточно. А нужно было прямо тогда упечь их за решетку. Что ж, проведем работу над ошибками. А пока поехали домой.

Катя, бережно поддерживаемая Владом, пошла к машине. Рядом весело скакал Азор, маленький спаситель. Они как раз подъезжали к дому Мудровых-старших, где, казалось, никто даже не заметил их отсутствия, когда Игорю позвонили. Выслушав отчет, он отключился и коротко доложил Владу, что Милена и Игнат задержаны в подъезде городской квартиры его родителей. «Софи» изъята, вызвана полиция, требуется присутствие хозяев.

— Сейчас заберу отца, и мы приедем, – принял решение Влад. – Эти твари ответят и за «Софи», и за проникновение в квартиру, и за похищение человека.

— Спасибо, что не за убийство, – мрачно сказала Катя.

Следствие было недолгим. Милена пыталась все отрицать, но Игнат сознался быстро, всячески напирая на то, что не причинил Екатерине Брусницыной никакого вреда, наоборот, защитил ее от мрачных намерений своей супруги. Уже через неделю после незадавшегося преступления дело было раскрыто и передано в суд.

Став вещественным доказательством, изъятая у преступников «Софи» не уехала на выставку в Стамбул, а потому не нашла своего покупателя.

— Что теперь планируешь делать? – спросила Катя у мужа, глядя на лежащую в бархатной коробочке брошь. – Когда следующая выставка?

— Ничего не буду делать. Я и не собирался ее продавать. Это наш с отцом подарок тебе на тридцатипятилетие. Надеюсь, ты согласишься ее принять? Она не будет вызывать плохих ассоциаций?

Катя перевела взгляд на переливающуюся тысячами искр розу. Это настоящее произведение искусства, а они никогда не виноваты в том, что будят в людях с грязной душой низменные чувства. Брошь была прекрасна. Азор прыгнул с колен Кати на столик, где лежала коробочка с розой, задел ее. Коробочка полетела на пол, но была подхвачена Владом.

— А роза упала на лапу Азора, – произнесли они в унисон и засмеялись.

— Эта брошь будет мне напоминать только о том, что я тебя люблю, – сказала Катя и поцеловала мужа.

— Электричество отключили надолго, девушка. Неполадки какие‐то серьезные. Вчера телефонограмму прислали.

— Чтооо?! Телефонограмму? А почему нам не сказали?

— Объявление на двери появилось час назад. Надо было смотреть.

— Да идите вы к черту!

Соня бросила трубку и поглядела на часы.

Если немедленно не вывезти цветы, можно считать, что им, как говорит Ашот Керимович, кирдык. И ей, кстати, тоже. Загубить новый привоз – хуже конца света. Лучше сразу утопиться. И этот кошмар случился как раз тогда, когда ей и так жить не хочется.

Она взглянула на себя в стекло витрины.

А может, все правильно? Как говорится, чем хуже, чем лучше.

За недосмотр и халатность ее уволят, и она умрет с голоду, что в конечном итоге облегчит ее страдания от потери любимого мужа. Неработающий холодильник – это тебе не просто неликвид, тут потери посерьезнее. Если вся партия пойдет на утилизацию, то пропадут немалые деньги. И на кого, позвольте спросить, хозяин спишет убыток?