Книга Круиз на краю бездны, страница 76 – Людмила Мартова

У Лизы было такое лицо, словно она только что утратила последнюю опору под ногами. Конечно, в какой-то степени так оно и было. Лишь сутки с половиной прошли с того момента, как ее благодетельницу убили, но, с другой стороны, накануне Лиза выглядела гораздо лучше, чем сегодня.

Вчера у нее было заплаканное лицо, а сегодня какое-то опрокинутое, с запавшими мертвыми глазами. Она сидела за столиком над пустой тарелкой, в которую не положила даже крошки еды, и безучастно смотрела за окно, на плещущие о дебаркадер волны Оки. Первый шок прошел, и теперь она осознала, что Быстровой больше нет? Или корень ее горя кроется в чем-то другом?

Усилием воли Орлов вспомнил, что его должна интересовать вовсе не Лиза, а обитатели триста двадцать восьмого номера. Он обвел глазами зал и тут же увидел ту седую коротко стриженную женщину, которая чуть не врезалась в него в коридоре. Она сидела за столом с двумя спутниками: наголо бритым мужчиной, по виду ее ровесником, и пожилой женщиной далеко за семьдесят, которая с мягкой улыбкой на лице катала по столу хлебный мякиш.

И что? Могут они быть убийцами двух человек?

— Мама, надо поесть, – негромко произнесла женщина.

Орлов бы ни за что не расслышал, если бы не прислушивался к разговору именно за их столиком. Надо признать, что беседа их опять выглядела крайне подозрительно.

— Марусенька, я не хочу, я сыта. Я же уже ужинала сегодня.

— Я не Маруся, я Рита. Маруся умерла сорок лет назад, – женщина говорила с какой-то усталой обреченностью.

— Да? – удивилась пожилая дама.

— Да. Валера тогда ходил в школу. И вы еще сегодня не ужинали, мама. Поэтому ешьте.

— Это они? – спросил у Орлова Лурье, естественно, заметив, что Иван прислушивается к чужому разговору.

— Да, – кивнул он.

— Ох уж этот Альцгеймер, – академик вздохнул. – Вот чего я всю жизнь боялся больше всего, так это потерять разум. Физическая немощь не пугает так, как это.

Орлов с непониманием смотрел на него.

— Иван Александрович, голубчик, совершенно очевидно, что у той женщины, что постарше, синдром Альцгеймера, причем в уже довольно далеко зашедшей стадии.

— С чего вы взяли?

Нет, академик не переставал удивлять Ивана. Вот уж кому синдром Альцгеймера точно не грозит. Если к восьмидесяти двум годам Леонид Петрович сохранил такой острый ум, то и в могилу сойдет в полном разуме. Дай ему бог здоровья еще на долгие годы.

— Иван Александрович, вы же все-таки врач, – в голосе академика прозвучала укоризна. – Ладно, этих фигурантов нашего дела я беру на себя. А пока давайте ужинать. Голубчик, мы с Таечкой хотим белого сухого вина.

День шестойНижний Новгород

В Нижний теплоход прибыл в семь утра, и стоять там должен был до шести часов вечера. На автобусно-пешеходную экскурсию по историческому центру города никто из доморощенных сыщиков не поехал. Настроение, прямо скажем, совсем не то. Зловещая тень двойного убийства, о котором на всем теплоходе знали только они трое, витала над их столиком – Таисии казалось, будто она ее видит.

Хотя нет, что это она. Про убийства знали четверо, кроме нее самой, Ивана Орлова и академика Лурье, в курсе еще и убийца. За завтраком Таисия до рези в глазах всматривалась в лица остальных пассажиров теплохода. Сто пятьдесят человек минус двое убитых и их троица. Остается сто сорок пять подозреваемых. За минусом детей (Таисия зачем-то пересчитала их по головам) сто двадцать три. Не так уж и мало.