Книга Круиз на краю бездны, страница 49 – Людмила Мартова

Странно, кстати. Все предыдущие дни, когда Орлов приходил в ресторан, она уже восседала за своим столиком в сопровождении верной дуэньи, Лизы, кажется. Таисия Ермолаева завтракала позже, это Орлов тоже уже знал наверняка, вот только данная информация решительно ничего ему не давала. Сердясь на себя неведомо за что, Орлов без всякого аппетита съел два яйца пашот, по куску ветчины и сыра, выпил две чашки сносного кофе и откинул салфетку, чувствуя себя готовым к новому дню. Рабочему, разумеется.

Лурье, правда, вчера говорил что-то о том, что хотел бы в Касимове отправиться на экскурсию. Орлова это удивило, судя по описанию, дырой этот Касимов был редкостной, но Леонид Петрович пробормотал что-то о том, что давным-давно бывал в этом городишке, и ему интересно посмотреть, что тут изменилось. Что ж, экскурсия так экскурсия, Орлов не имел ничего против, тем более что знал: пришвартоваться к берегу они должны не раньше двух часов пополудни, а до этого времени вполне еще можно заняться диссертацией.

Ресторан потихоньку наполнялся народом. Пришла семейная пара с двумя детьми-погодками, которые, как известно, не спят подолгу. Затем появился Павел Бурчевский, сосед по столу, всклокоченный и какой-то мрачный, плюхнулся на свое место, буркнув под нос что-то среднее между «доброе утро» и «век бы вас не видеть». Он, по всей видимости, относился к категории людей, имеющих по утрам дурное настроение.

Орлов, моментально переходящий от сна к бодрствованию, этого не понимал, но люди разные. Он дружелюбно кивнул Павлу, встал, чтобы не мешать тому избавляться от утреннего плохого настроения, вышел на палубу, столкнувшись в дверях с компаньонкой старушки Анны Михайловны. Лизой, кажется. Да, точно, Лизой.

Та тоже выглядела расстроенной и растрепанной.

— Доброе утро, – поздоровался Орлов. – У вас что-то случилось?

Можно подумать, ему было до этого какое-то дело.

— Нет. Да. Я не знаю. Анна Михайловна мне не открывает.

— Может быть, спит? – Орлов отчего-то встревожился, хотя до Анны Михайловны с ее глупостями ему тоже нет никакого дела.

— Она всегда встает в шесть утра. Без будильника. Говорит, что старики мало спят. В семь мы уже всегда выходим на завтрак. Анна Михайловна считает, что это самый важный прием пищи, который запускает все процессы в организме. И вот сегодня я зашла за ней в семь утра, а она мне не открыла. Я подождала немного, но сейчас уже половина восьмого, а она по-прежнему не реагирует на стук в дверь. Наверное, нужно сказать капитану?

— Пойдемте, для начала просто посмотрим, – предложил Орлов. – Мне кажется, вы напрасно тревожитесь. Ваша старушка не могла отправиться подышать свежим воздухом, к примеру, на солнечную палубу?

— Нет, она бы попросила меня ее сопроводить, – бесхитростно сообщила Лиза.

— А она что, плохо ходит? У нее кружится голова? Есть проблемы со здоровьем? Или вашей Анне Михайловне просто постоянно нужны рядом благодарные слушатели?

В голосе Орлова прорвалось раздражение. Старуха Быстрова вела себя как барыня, а барства в людях он терпеть не мог, считая его проявлением распущенности и дурного воспитания. К примеру, Лурье барином не был, хотя, казалось бы, имел для этого все основания. А тут обычная костюмерша из провинциального театра, а замашки как у вдовствующей графини.