Книга Шепот кружевных берез, страница 120 – Людмила Мартова

— Кого вы подозревали? – уточнил Зимин.

— Всех и никого конкретно. Когда Владимир Мещерский уехал в Москву, я влезла в его дом и осмотрела его, но ничего не нашла. Да и убить этого бизнесмена в лесу он не мог, у него опять было алиби. Я специально записалась на экскурсию к Лесникову, чтобы понаблюдать за ним и его реакцией на слова про клад, но ничего подозрительного не заметила. Тогда я решила осмотреть кабинет Димы, Крайнева. Я пришла туда во время обеденного перерыва, надев плащ, который стащила у Лесникова. Я видела, что он всегда надевает такой плащ, когда ходит в лес. В его кабинете хранилось несколько таких плащей, я и позаимствовала один.

— Где вы нашли медальон? В кармане плаща? – с азартом спросила Снежана.

— Нет, в столе у Крайнева. Я не удержалась и забрала его, потому что это была наша семейная реликвия. Папа подарил медальон маме на мое рождение, а мама отдала его Лизе, когда той исполнилось двадцать пять. Я к тому времени уже жила далеко.

— Что обычно хранилось в медальоне?

— Две фотографии. Свадебная наших родителей. И наша с Лизой. Я удивилась, обнаружив на ее месте фотографию Владимира Мещерского.

— Зачем вы ударили Крайнева по голове? Вы считаете его виновным в том, что случилось с вашей сестрой?

— Нет, что вы, – покачала головой Зоя. – У него не было никакой причины ее убивать. Просто он неожиданно вернулся, как раз когда я рассматривала медальон. Я запаниковала, спряталась за дверью, услышав шаги, схватила с полки бронзовый бюст, который там стоял, и ударила. Когда Дмитрий упал, я сбежала, прихватив бюст с собой.

— Куда вы его дели? Выбросили?

— Нет, нет, спрятала в шкаф рядом с плащом. Хотела потом избавиться от них, так чтобы никто не видел. Но не успела.

— Ты видела бюст в шкафу? – спросил Зимин Снежану.

Та покачала головой:

— Нет, я не разворачивала плащ.

— Покажите, – потребовал Зимин у Зои.

Та безропотно подошла к шкафу, вытащила плащ, а из его кармана бронзовую голову, которую Снежана, как ни пыталась, но не смогла опознать. Она ожидала увидеть бюст Пушкина, Толстого, Дон Кихота, наконец, но голова принадлежала кому-то незнакомому пожилому мужчине с бородой и спускающимися на шею волосами. Зимин, похоже, тоже заинтересовался, кто это, сфотографировал статуэтку и загнал в поисковик в телефоне.

— Видный психиатр Бехтерев, – вынес вердикт он.

— Ну, ничего удивительного. Крайнев же в прошлом тоже психиатр, – заметила Снежана.

— Ну, выбор все-таки не самый очевидный. Фрейд и Юнг были бы более объяснимы. – Зимин снова погрузился в телефон. – Любопытно, кстати. Бехтерев непосредственно занимался изучением психопатий. Он считал, что это не болезнь в привычном смысле, а особенность человеческой конституции, влияющая на поведение и эмоциональную сферу.

— То есть наш Дмитрий Юрьевич увлекается изучением психопатов? Тогда он должен был заподозрить Лесникова! – воскликнула Снежана.

— Так он и заподозрил, – согласился Зимин. – Ты вспомни все, что он нам рассказывал про своего детдомовского учителя и его не совсем нормальные склонности.

Он аккуратно развернул плащ, и все собравшиеся в комнате с ужасом уставились на бурые пятна на одной из пол.

— Это что, кровь? – дрожащим голосом спросила Зоя.

— Похоже на то. Вы знаете, откуда она?