Книга День, который не кончается, страница 79 – Галина Доронина

Через пару минут после ухода Петра Семеновича к нам подошла Алиса. Она все еще выглядела немного бледной.

— Мне пора, – сказала она, кивнув в сторону проселочной дороги. – Пойду домой, в Еловку.

— Пешком, одна? – забеспокоилась я. – Может, попросить, чтобы тебя подвезли? Или хотя бы проводили?

— Не стоит, я знаю дорогу, – мягко отказалась она. – Мне не нужна помощь.

Она развернулась и пошла в лес. Я стояла и смотрела вслед этой странной девушке. Надеюсь, она максимально выбесила того мужика с рыбьими глазами. Представляю, как он пытался ее разговорить, а она в ответ либо молчала, либо выдавала свое фирменное: «Я слышала, как они звали». И все. Что ж, так ему и надо.

— Странная она, – сказала Аня, тоже глядя вслед удаляющейся фигурке. – Но при этом милая. Я бы с удовольствием с ней еще увиделась, а то мы почти не пообщались. Как думаешь, это возможно?

Я усмехнулась и покачала головой.

— Вряд ли, Ань. Она из Еловки, я – из Москвы, ты вообще из Твери. Нас разделяют тысячи километров, и шанс встретиться снова, если честно, стремится к нулю.

Мы замолчали и стали ждать, пока нас отвезут на вокзал.

Лесников я не видела, видимо, их отпустили еще раньше, или они сами предпочли исчезнуть подальше от всего этого цирка. Руслан тоже куда-то испарился. Было немного обидно, что он даже не попрощался.

Первым уехал Михаил. Но, прежде чем уйти, обошел всех нас по очереди, раздал свои визитки, затем крепко пожав руку Максиму и обняв меня и Аню.

— Ну, – сказал он напоследок, – свяжемся, если что. У меня к этой истории тоже остались вопросы. Заказчик, полагаю, не обрадуется, что я нашел пропавшего геолога, но вернуть в лоно семьи не смог. Придется что-то придумывать в отчете.

— Удачи с отчетом, – усмехнулась я.

Михаил махнул рукой на прощание, потом сел в машину, и она укатила, оставив за собой облако пыли.

Аня повернулась ко мне:

— Слушай, Варь, а дай мне свой номер, – сказала она. – Для консультаций. И не только.

Я не стала спрашивать, что значит это «не только», лишь продиктовала номер, который она записала в блокнот. Телефоны к этому времени сели у нас у всех.

— Мы еще обязательно встретимся, – сказала она, улыбаясь. – Я это чувствую.

— Я не сомневаюсь, – ответила я, и мы обе рассмеялись.

Она уехала следующей – ее тоже позвали в машину, – и на поляне остались только мы с Максимом.

Мы стояли молча какое-то время, глядя на то, как рабочие деловито разбирают последнюю палатку.

— Нам, кажется, в одну сторону, – сказал наконец Максим. – До вокзала, я имею в виду.

— В одну, – согласилась я. – А потом?

— Я из Москвы, – он слегка пожал плечами. – Как и ты, если я правильно понял.

Я невольно улыбнулась.

— Правильно. Так что на вокзал поедем вместе.

К тому моменту, когда подошло время нас везти, внедорожники закончились. Поэтому нас посадили на какой-то старый потрепанный микроавтобус с водителем, который всю дорогу до вокзала слушал радио «Шансон».

Мы с Максимом сидели рядом на заднем сиденье под песню «Владимирский централ – ветер северный», и я украдкой поглядывала на него. Песня была, мягко говоря, не самая романтичная песня, но мне все равно безумно нравилось сидеть рядом с ним в этом потрепанном салоне, пропахшем бензином под эти заунывные аккорды. Я впервые за эти суматошные дни чувствовала себя почти спокойно.