Книга Турецкий. Цейтнот, страница 58 – Андрей Лучиновский

* * *

Через полчаса перед нами с Ликой стояли два трезвых и сравнительно нормальных с виду организма. Заглянувший на минутку Дон Алехандро заверил меня, что сделал всё возможное, а оставшиеся незначительные опухоли пройдут через пару дней сами. Во всяком случае багровые кровоподтёки с лиц "побратимов" исчезли, губы перестали напоминать беляши, у Рыси выпрямился нос, а у Красовского уши стали одинаковыми. Ну… почти одинаковыми.

— Помирились? – невесело хмыкнув, поинтересовался я, переводя взгляд с одного на другого.

— Вполне, – весело откликнулся Лёня, – Правда ведь, Марк?

— Все недоразумения улажены, – буркнул в ответ тот, пожимая, протянутую ему Рысью, руку.

— Это радует, потому что сейчас вы нужны мне оба во вменяемом состоянии. Присаживайтесь, нужно с вами поговорить, пока у нас есть время всё обсудить в спокойной обстановке.

Дождавшись пока они устроятся, я продолжил:

— Честно говоря, я сейчас в полной растерянности.

Заметив их заинтересованные и скептические взгляды, пришлось для пущего эффекта развести руками, нацепив на себя дебильную улыбку:

— Я даже не представляю кто конкретно и зачем открыл на нас охоту. Сначала Сутормин, но тут хотя бы всё объяснимо – его натравил мой безумный дед, и он не остановится, пока хоть один член моего рода жив. Потом, узнав, что я не захотел уйти к Многоликому, подключился и сам дед. А теперь за меня взялось ближайшее окружение Императора – его личный адъютант на пару с его же советником. Причём, сам Георгий меня вроде бы как защищает. Кто что думает по этому поводу?

Я упёрся немигающим взглядом в противоположную стену каюты и с трудом вздохнул, ощущая в груди тяжёлый камень непонятно откуда взявшейся вины: все, кто меня окружает, подвергаются огромному риску именно из-за меня. Возможно, что Рысь зря меня спас от смерти в усадьбе?

— Я тут проанализировал действия группы захвата, которая встретила вас на трассе, – посмотрел на меня исподлобья Марк, – И пришёл к выводу, что убивать-то вас никто и не хотел.

— Как это не хотел? – округлила глаза сидящая напротив меня Лика, а у меня от неожиданной новости Красовского брови моментально взметнулись вверх.

— А вот так это. Первый снаряд во флайер не попал, а врезался в землю на три метра впереди. Стандартный предупредительный выстрел перед захватом, простая болванка с очень маленьким боевым зарядом. Захотели бы убить – били бы сразу на поражение и боевым фугасом, там спецы были, а не дилетанты.

Наклонив голову к плечу, я недоверчиво возразил:

— Ты же мне сам рассказал, для каких целей там стоял холодильный флайер.

Спокойно выдержав мой взгляд, Красовский вздохнул:

— Кирилл, он не только для перевозки трупов предназначен, это же холодильник. Вам бы вкололи по хитрому укольчику для успокоения, погрузили бы и привезли обратно в Петербург – там ехать-то всего ничего. Линки, подтверди.

Я перевёл взгляд на Рысь.

— Кира, есть такое средство, совершенно безвредное при нормальной температуре, но на холоде работает, как мощный блокатор. Ты можешь дышать, всё слышать и ощущать, но вот двигаться и говорить не можешь, даже смотришь только в одну точку.

— И спрашивать не хочу откуда ты это знаешь, – хмыкнул я, откинувшись на спинку кресла.

— Шлиссельбург, – неопределённо пожав одним плечом, ответил Лёня, – Люди Сутормина частенько практиковали.