Книга Турецкий. Цейтнот, страница 16 – Андрей Лучиновский

— Да поняла я уже, поняла, – чуть не плача ответила Дана, всё ещё прыгая по комнате; звуки чечётки не прекратились ни на секунду, – Кирилл, не отбирай мою прелесть, ну пожалуйста.

Судя по звукам со стороны кресла, Лика всё это время давилась от смеха.

— Долго меня не было? – поинтересовался я.

— Двое суток, – сквозь всхлипы, ответила Лика, – И заметь, половину времени возле тебя просидела Дана.

— Воу, воу, адвокаты нарисовались. Это не повод убивать себя истощением энергии.

— Да брось, Кира, за ней Рысь присматривал.

— Ну разве что Рысь. Ладно, объявляю всеобщую амнистию.

И тут до меня дошёл смысл, услышанных ранее слов.

— Двое суток?! Дво-е су-ток?!

— Ага. Гримёр сказал, что можно будет снять повязки сразу же, как придёшь в себя. Он тебе ввёл новое средство, чтобы ты за эту пару дней не мог себе что-нибудь шаловливыми ручками повредить. Ещё сказал проследить, чтобы тебя по голове ближайшую неделю не били.

Твою мать, Антоша! А предупредить заранее, что меня не будет так долго? У меня ведь были планы на эти два дня. И на две ночи тоже. Чёрт!

— И чего тогда лежим? Ведите меня в ванную!

После того, как поддерживающие меня с двух сторон девчонки помогли мне туда попасть, я их выгнал. Ну как выгнал? Лика вышла сама, а Дана затихарилась в углу, попытавшись прикинуться висящим на вешалке халатом. Дурашка, ты же сопишь от любопытства, как закипающий чайник. Поднятая за ухо и получившая хорошего хлопка по болючему месту, сестрёнка с коротким взвизгом вылетела за дверь.

— Княжну нельзя за ухо! – раздался снаружи её возмущённый голос, – Хам!

— Хех… Гранду Гишпани, пятому графу Фаренго можно всё! – крикнул я в уже закрытую дверь, и начал осторожно разматывать бинты, – А уж барону Эстенса и подавно. А будешь и дальше возмущаться, то я включу виконта Вильямаро и по заднице ремня влуплю. От души.

— Ты ещё не граф!

— Так и ты ещё не княжна… Всё, девочки, не мешайте мне знакомиться с графом.

Бинт упал на пол, и вот я стою и пялюсь в зеркало, раскрыв от удивления рот, как даун. Ну, Гримёр, теперь тебе точно понадобится всё твоё красноречие, чтобы кое-что мне объяснить. Из-за стекла на меня таращился… княжич Кирилл Турчанинов, собственной персоной.

* * *

Пока я валялся в беспамятстве, Рысь времени зря не терял. Он просмотрел все записи, что мы вытащили из хранилища и отобрал из них всё достойное внимания. Ну, там всё было достойное, но он отсортировал материалы только по развитию дара или близкие к этой теме. Наш адский хакер систематизировал все записи Хасана и вот теперь передо мной лежала книжица, толщиной с большой палец.

— Что там Прозоров? – поинтересовался я, наливая себе вина, – Узнал от него что-нибудь новое?

Мы сидели в библиотеке, поэтому за выпивкой далеко идти не пришлось. Лицо ещё побаливало, но разговаривать было трудно не из-за боли, а из-за опасения, что моя внешность разойдётся по швам. Умом понимаю, что никаких швов на моём лице нет, это паранойя, но ничего с собой поделать не могу.

— Его надо везти на место, – ответил Лёня, наливая в свою очередь себе коньяк, – Все его схемы наверняка устарели.

— У нас нет такой возможности, через неделю мы отсюда уезжаем. А оставлять его тут не вариант.

— Кира, второго такого осведомителя мы уже не найдём.

— Ты забываешь о самом Сутормине, – возразил я, вставая, – С Прозоровым надо кончать.