Книга Турецкий. Цейтнот, страница 14 – Андрей Лучиновский

Намёк был более чем прозрачен. Сутормин скрипнул зубами от бессилия.

— Это как-то связано с Турчаниновым?

— Не забывайтесь, граф, – тихо проговорил князь Александр.

— Простите, Ваше Императорское Высочество, вырвалось, – тут же склонил голову Сутормин, повернувшись к Великому князю.

— Не смею вас больше задерживать, дорогой Дмитрий Львович, – сказал Император, вставая из-за стола, – Ваш выезд послезавтра.

* * *

Гримёр приехал около полуночи и сразу же приступил к делу.

— Раздевайся по пояс и ложись.

Я послушно выполнил его указание, и вот уже лежу на кровати, сложив руки на груди, а Лика села у меня в ногах.

— Готов, идальго?

— Я пока не идальго, а благодаря твоей неуёмной фантазии – катаец.

— Ну, ну, вот не надо тут поклёп возводить. Немного раскосые глаза и высокие скулы – такие нравятся девушкам. Правда же, Анжелика Мстиславовна? Вы же его за это и полюбили? – Гримёр явно стебался над нами.

— Врать не буду, Антон, за глаза, – рассмеялась Лика, – А есть возможность их оставить?

— Хмм… А вы хоть раз видели гишпанца с таким разрезом глаз? – Гримёр начал раскладывать свои инструменты на пододвинутый к кровати столик.

— Может он будет единственным?

— И последним? Его первый же аристократ назовёт бастардом и Кириллу придётся вызвать того на дуэль.

— Ну и убью, – подал я голос, – И когда таких дебилов наберётся человек сто, то все…

— То все зададутся вопросом, а кто ты такой, собственно, и откуда взялся, – отрезал Гримёр, – Не надо выделяться, скромнее надо быть, юноша. А теперь поведайте мне, юные отрок и отроковица – откуда вам известно моё имя? Меня ещё с прошлой встречи сильно мучает этот вопрос.

— Да ничего сложного, Антон, Берендей сказал, – ответил я, – Ты же его знаешь, он всю подноготную на людей собирает. Ты Антон Панчин, химик и хирург, которого СБИ…

— Я понял, Кирилл, можешь не продолжать. Ну раз вы теперь знаете правду… то я вынужден вас обоих убить, переделать вам лица и утопить в Фонтанке.

Лика дёрнулась, а я расхохотался в голос.

— Это у него шутки такие, милая.

— Обломил ты меня, Кирилл, всё-таки придётся тебе прямой нос делать, а то ведь обидишься и зло затаишь, – тоже рассмеялся Гримёр.

— Что значит прямой нос? – насторожилась Лика, вопросительно глядя на меня.

— Он предлагал нос с горбинкой сделать, как у настоящих идальго.

Лика встала и, присев рядом с кроватью на корточки, уставилась на мою голову сбоку.

— А ну-ка смотри в потолок.

Я послушно повернул голову прямо, уставившись глазами на потолочную лепнину. Лика убрала прядь волос с моего лба, немного потискала подбородок и щёки, внимательно оценивая видимый только ей результат.

— А ты знаешь, Кира… Если скулы оставить, но слегка опустить подбородок, то лёгкая горбинка будет офигительно смотреться.

— Да вы сговорились, что ли?! – я резко сел на кровати, – Совсем очумели? Мне потом ещё свою родную внешность возвращать надо будет! Лика, ты чего удумала?!

Пока я разорялся, сбоку тихо подкрался Гримёр и я даже не почувствовал укол, иначе бы откатил время. Но внезапная чернота не дала мне это сделать, не было никакого чувства падения или провала, как прежде. Меня просто не стало.

— А ну-ка смотри в потолок, – снова услышал я Ликин голос.

Вот что за чертёнок растёт в семье – сестрёнка решила с колечком поэкспериментировать. По попе потом, конечно, получит, а пока что спасибо ей огромное. Сама того не ведая, она только что вытащила меня из глубокой задницы депрессии. Ну сейчас я устрою этим любителям горбатых носов.