Книга Кризис Ж, страница 137 – Евгения Батурина

Серенький Волчок, Серенький Волчок в комнате с ружьем поставил старый сундучок.

Нехорошая квартира, ночь с 29 на 30 октября, после новоселья

Все началось с того, что на праздник явилось довольно внушительное количество гостей. Во-первых, мне хотелось поблагодарить тех, кто хоть как-то поучаствовал в поиске нового жилья для нас с Зайкой и вообще оказался рядом со мной в этот непростой месяц – давал телефон риелтора, угощал пирогами, блинами и сигаретами, называл надежным человеком, сомневался в коварстве моего папы. Во-вторых, концепция Нехорошей квартиры предполагает, что вечеринка должна быть многолюдной: любой дуэт здесь моментально превращается в хор, а с приглашенным непременно является еще парочка неприглашенных. В общем, сначала я позвала Антонинину маму тетю Лену, ее мужа Владимира Леонидовича и его многодетную дочь Женю, а также Лену Маленькую и Лизу Барбос. Потом подумала и пригласила еще Солнечную с Антоном и Попик с мужем Данькой – чтоб никто из коллег не обиделся.

— Ты тоже можешь прийти, так и быть, – сказала я сестре Антонине в пятницу, накануне новоселья, по телефону. – И даже Кузя!

— Благодарю, – отозвалась сестра. – Илюха тоже наверняка самопригласится, привыкай. И кстати, поздравляю, у нас сломалась плита. Упомянутый Илюха решил пожарить картошку на двух конфорках, теперь обе не включаются.

Ну что ж, зато включилось мое проклятие: во всех съемных квартирах, где мне довелось жить, приходилось в итоге менять плиту. Обычно она ломалась максимум на второй месяц моего пребывания, а та, что в Нехорошей квартире, даже сработала на опережение – наши с котом вещи еще не прибыли, а плита уже ушла на пенсию.

— Ничего, – продолжала беспечно Антонина. – Илюха, конечно, расстроился, а картошка получилась аль денте, но в целом никаких сюрпризов – ты же помнишь эту плиту.

— А она наверняка помнит инквизиторские костры. Но духовка пекла хорошо…

— В общем, я уже заказала новую, – сообщила сестра. – Недорого, зато с грилем! Будешь мне делать бутерброды с бри?

Первой на новоселье явилась как раз плита в сопровождении трех недовольных грузчиков, которых привычно возмущало отсутствие в доме грузового лифта.

— Я же предупреждала, что его нет, – оправдывалась Антонина. – Указывала в заказе.

— А не надо мне указывать, – назидательно перебил самый приземистый грузчик, явно лидер. – Допло́тите, и все.

Спорить с альфа-грузчиком мы не решились: очень хотели плиту. Раздосадованная бригада в одинаковых красных комбинезонах все-таки дотащила ее до восьмого этажа, поставила в прихожей, перегородив вход, и гордо удалилась.

— А вы не могли бы… – попыталась Антонина остановить парней. Но те уже с облегчением вызывали лифт – не грузовой.

Из сычевальни сизым облаком выплыл Илюха. «Вы чего тут спать людям не даете в два часа дня?» – говорило его недовольное лицо. Потом лицо заметило коробку в коридоре.

— Новая плита, что ли? – помрачнел подросток еще больше. Он чувствовал вину за то, что стал последним, кто видел живой старую.

— Грузчики решили, что эта коробка украсит интерьер, – ответила ему Антонина.

— Надо на ней написать «Добро пожаловать», – добавила я. – И пусть гости прыгают через плиту, как через костер.

— Ритуально и празднично, – согласилась сестра.