Книга На границе империй. Том 10. Часть 15, страница 95 – INDIGO

Сурово подумалось мне, но я пока не собирался вмешиваться в её действия. Только наблюдал.

Крейсеру досталось от обоих: сначала от главного калибра, потом — обломками астероида. А его силовая защита к этому моменту уже отсутствовала.

Вглубь астероидного пояса полетела дырявая, измятая консервная банка, которая раньше называлась крейсером. Я видел на экране, как из неё вырывались мелкие фонтаны газа — разгерметизированные отсеки. Живых там, скорее всего, никого не осталось. Минус два пиратских крейсера.

Судя по всему, эти два крейсера являлись основной ударной силой пиратов. А оставшиеся четыре корабля выступали в роли сопровождения — и тут я ошибся в своей первоначальной оценке. Решил сначала, что все четыре — эсминцы. Но теперь, когда сенсоры могли работать без перегрузки, стало видно: только два из них были настоящими эсминцами, а ещё два — переделками. Гражданские корпуса, к которым кто-то грубовато пристыковал носовые части от разбитых эсминцев. Броневые пластины разных оттенков, швы сварки, видимые даже на тепловой карте, асимметрия силуэтов. Пираты ремонтировали свой флот из того, что попадало под руку.

После уничтожения обоих крейсеров ситуация на поле боя коренным образом изменилась. У противника оставалось только четыре корабля. Мы не понесли потерь. Превосходство в числе перешло на нашу сторону, а по огневой мощи любой наш рейдер превосходил эсминец противника. Участие линкора дальше — по большому счёту — уже не требовалось. Мы могли наблюдать.

Я почти позволил себе расслабиться.

Почти.

В этот момент тактический экран мигнул.

Один раз. Очень коротко — на долю секунды, не дольше. Так мигает система, когда алгоритм обработки данных натыкается на что-то, что не укладывается ни в одну из стандартных категорий распознавания.

Не на корабль с работающими двигателями и активными системами у тех характерный тепловой профиль и электромагнитный след. Не пассивный металлический объект стандартной астероидной плотности — такие объекты система просто помечает серым. Не техногенный мусор с характерными спектральными сигнатурами — их она тоже умеет опознавать.

Это было что-то, что раньше было абсолютно невидимым и что чувствовал я. Оставалось невидимым до того момента, пока здоровенный обломок породы не чиркнул, поэтому «чему-то» с весьма приличной скоростью и не выбил крошечную вспышку.

Для секунды. Может, меньше.

Но пассивный сенсор успел засечь.

Я почувствовал, что мне — это совсем не нравиться.

— Искин, — произнёс я, и голос мой прозвучал тише обычного. Так, тихо, что второй пилот за своей панелью скосила на меня глаза — быстро, незаметно для остальных. — Что это было? Сектор одиннадцать?

Три секунды молчания.

Для искина линкора это была целая вечность. Это означало, что система анализирует нечто нестандартное и не может выдать быстрый ответ из готовых шаблонов. Три секунды означало итерацию расширенного алгоритма, когда базовый алгоритм уже сдался и не подобрал подходящего ответа на мой запрос.

— Фиксирую кратковременный тепловой выброс, — произнёс наконец ровный синтетический голос искина. — Источник идентифицируется как металлический объект. Предположительно — искусственного происхождения. Зафиксированы признаки активного маскирующего поля. Размер объекта по косвенным данным — приблизительно от восьмидесяти до ста метров в длину.