Книга На границе империй. Том 10. Часть 7, страница 43 – INDIGO

— Чушь полная, — отрезал резко.

— Отчего же. У меня даже твоё признание есть.

— Моё признание? — удивился искренне.

— Да, сам посмотри, — мне пришло на нейросеть видео. На видео я запугиваю главного медика клана Гаиджи и говорю, что прикончил уже тысячи разумных и что, если он не хочет стать следующим. На этом запись обрывается.

— Судья, не стану спрашивать, откуда у тебя эта запись, это примерно понятно, вот тебе полная запись того, что там происходило, а не вырезанный из контекста кусок. Если ты не понял, Марине лежала в капсуле и умирала, а я должен был заставить главного медика клана Гаиджи вылечить её. Поэтому запугивал его, как умел. А знаешь, почему запугивал? — наклонился ближе к судье. — Потому что ты мне обещал помощь и креды, но вместо них не получил ничего, а клан Гаиджи арестовал все мои креды. Но я и без кредов сумел спасти твою дочь и твоего внука или внучку. А ты в это время не сделал ничего, чтобы её спасти!

— Мне приказал клан, не мог ничего сделать! — судья отступил на шаг, его взгляд метался.

— Мог ты всё сделать, но побоялся. Весь ваш клан — одни трусы, точно такие же, как и ты! Клан юристов и экономистов, и в будущей войне вас ждёт поражение! — выпалил, не скрывая презрения.

— Не будет никакой войны, мы обо всём договорились! — судья взмахнул руками, пытаясь придать уверенности своим словам.

— С вашей стороны, может, и не будет, а вот клан Гаиджи полным ходом готовится к ней.

— Это неправда, — судья покачал головой, но в его глазах читалось сомнение.

— Конечно, неправда. Устанавливает новые орудия на станции, закупает самые новейшие истребители — всё так, для красоты, — саркастически заметил. — Ладно, судья, мне уже всё понятно. Похоже, наше время вышло, и мне пора идти.

— Послушай, Блез, или как там тебя, тебе лучше сдаться. Так будет лучше для всех, — судья сделал примирительный жест.

— Для кого лучше? Для тебя? Для клана? Для кого? — прищурился недоверчиво.

— Для Марине и твоего ребёнка, — судья произнёс это тихо, но твёрдо.

— Это бред. И потом, судья, я не знаю слово «сдаться», знаю слово «сражаться», если ты ещё не понял, — и направился в сторону челнока.

— Послушай, ты всё равно не сможешь покинуть планету. Твой челнок не сможет взлететь, а даже если взлетишь, тебя всё равно перехватят, — крикнул судья мне вслед.

— Судья, на что ты рассчитываешь сейчас? Что подамся на твои уговоры и сдамся? — обернулся через плечо.

— Нет, конечно, рассчитываю на то, что пытался тебя остановить, но у меня не получилось, — он развёл руками, показывая своё бессилие.

— Ах, вот оно что. Всё с тобой понятно, — кивнул понимающе. — Тогда передай Марине…

— Нет, — перебил он меня. — Забудь навсегда о ней и о ребёнке. Это лучшее, что ты можешь сделать для них. Ничего передавать ей не стану.

— Значит, передам сам, — бросил решительно.

Уже поднялся по трапу в грузовое отделение челнока. Подходы к нему контролировали два моих абордажных дроида.

— Кианна, отзывай дронов и дроидов, улетаем, — скомандовал, войдя внутрь.

— Принято, капитан, — отозвался искин.

— Марине просила детские вещи из её каюты, — донеслось сзади.

— Это мои вещи, они куплены на мои креды, ты ведь не прислал нам в помощь ни одного креда? Почему должен отдавать их? — спросил обернувшись к судье.