Книга Третий. Том 7, страница 59 – INDIGO

Ну, Ори. Ну, гад, подумал я, медленно по сантиметру, пытаясь осторожно выбраться из-под присыпавших меня обломков и не вызвать при этом новое обрушение.

Кстати, мелькнула следующая мысль, а где этот гад?

Выбравшись, лежал, не двигаясь, ещё какое-то время, столько, сколько потребовалось, чтобы дыхание выровнялось, а в ушах перестало гудеть, как будто по пустому металлический баку, колотят палкой. Постепенно звон стих, сменившись новыми звуками. Где-то впереди, в стороне завала, потрескивало и шипело, что-то там после взрыва горело, постоянно искрило и дымило.

Сверху, то тут, то там сыпались мелкие камешки.

Темнота вокруг больше не была сплошной чернотой. В тоннеле точно не стало светлее, источников света, считай, совсем не осталось, фонари, судя по всему, разбились вместе с теми, кто их держал.

Но я действительно видел. Видел контуры опоры над головой, прогнувшуюся, искорёженную балку, кучи щебня вокруг.

Чёрт, подумал я, часто моргая. Действительно, вижу, не размыто, не серыми пятнами, как обычно бывает, когда глаза привыкают к темноте, а вполне отчётливо, словно кто-то невидимый включил рассеянный, тусклый свет, которого на самом деле здесь не было.

Я не знал, что это значит, и не был уверен, что хочу знать именно сейчас. Зрение в темноте — штука однозначно полезная, но времени разбираться в причинах происходящего у меня не было. Если что-то в моей голове действительно изменилось после взрыва, выяснять механизм можно было и позже, желательно в более спокойной обстановке и без скованных рук.

Сначала надо выбраться, пока не засыпало окончательно.

После того я выбрался из мешка и ткани и начал пробовать ползти, медленно, прислушиваясь к каждому звуку опоры над головой, который мог означать опасность. Впрочем, далеко не уполз, остановился, подумав, что далеко так не уползу. Первым делом проверил руки. Поначалу я подумал, что меня заковали в кандалы, но быстро понял, что мои запястья просто стянуты за спиной чем-то узким, жёстким, скорее всего, пластиковой стяжкой. Такие обычно использовали в полиции. Дёшево, надёжно и практично. Попытался разорвать стяжки на руках, но она не поддалась ни на миллиметр, а плечо сразу отозвалось острой болью. Лодыжки были скованы похожим образом, тугой пластиковой петлей, которая врезалась в кожу. Стяжка в теории позволяла переставлять ноги мелкими шагами, но не давала развести их широко. Попробовал разорвать на ногах стяжки, а их там оказалось три, но они оказались крепкими. Кто-то потратился на меня, подумалось мне. Кто-то считал меня достаточно опасным, чтобы стягивать так тщательно.

Двигаться будет неудобно, подумал я, но не невозможно, после чего посмотрел наверх. Обвал, кажется, уже закончился, что должно было упасть, уже упало. А то, что устояло, держалось теперь на честном слове, но вроде должно было выдержать осторожное передвижение скованного по рукам и ногам заключённого. По крайней мере, я на это надеялся.

Минут через десять, а может быть и больше, здесь трудно было судить о времени, на коленях выполз, на относительно свободное пространство, на участок туннеля, не сильно засыпанный обломками и щебнем, где можно было, хотя бы передвигаться более или менее нормально.

Сел на пол туннеля, прислонившись спиной к холодной каменной стене. Перевёл дух. Оглядевшись по сторонам своим новым зрением и по-настоящему оценил масштаб случившегося.