Книга Священный город бога-предателя, страница 213 – Лия Арден

Махра всегда изъяснялась путано, но сейчас её речь и вовсе была лишена знакомой стройности. Однако предложение отдать что-то на время всё ещё выглядело удачнее остальных вариантов. Найра не могла представить, как отрежет себе язык или ухо, а кровь… кажется, не так страшно.

Боль от пореза удивила Найру своей слабостью, и это сильнее притупило тревогу. Она боялась, что будет хуже, однако была уверена, что знала боль сильнее. Хотя не помнила как и откуда.

Она нехотя сунула руку в огонь, но тот щекотал и согревал. Найра улыбнулась, расслабляясь всем телом. Это неправильно, но и недавно проткнутая ножом ладонь не должна была зажить.

Недавно?

Было ли это недавно?

Собравшаяся на ладони кровь шипела, испарялась и исчезала, а когда её почти не осталось, то огонь добрался до пореза и проскользнул внутрь, прямо под кожу.

Оказавшись внутри, пламя стремительно распространялось по телу. Кожа и вены засветились изнутри красным и оранжевым, жар ослепил. Из горла вырвался мучительный вой, Найра отшатнулась от огня, но тот был внутри. Она налетела спиной на одну из статуй, забилась в судорогах. Она выгорала изнутри, и это было в разы хуже, чем когда она сунула руку в пламя.

А когда она это сделала?

— Спрашивай. Времени у тебя мало, – донеслось предостережение Махры.

Найра не хотела уже ничего знать. Ей было так больно, что она отдала бы палец, лишь бы избавиться от пламени в груди. Собственные волосы медленно опалялись, скручиваясь, горячее дыхание жгло губы, лицо покрылось испариной, слёзы так быстро высыхали, что сареша не переставая моргала.

— Где Кияна? – хрипло выдавила она, толком не представляя, к кому обращается и слышит ли её хоть кто-то.

— Где-то, – ответил голос в голове, в храме, в эхе, в пульсирующей крови у неё в висках, в самом треске пламени.

Найра завертела головой, пытаясь определить, откуда он прозвучал. Голос казался знакомым и в то же время чем-то иным. Чего она раньше никогда не слышала. Сареша сосредоточилась на этой загадке, стараясь перестать думать о боли.

— Кто-то похитил Кияну?

— Нет.

— Она сама ушла?

— Да.

Найра начала хватать ртом воздух, заметив, что ей отвечают статуи. У неё закружилась голова от сбитого дыхания и размытого зрения. Чудилось, что от каждого вздоха её рёбра трещат, как пылающие поленья. Это всё какая-то иллюзия. Сонный бред.

— Выбирай, Кияна: либо я, либо Эшту, – неожиданно раздался мужской голос.

— Не проси меня об этом, я не могу! – В женском голосе звучали злость и отчаяние.

Голова Найры дёрнулась к статуе Кияны и Ируги. Но Найра ведь не задавала вопросов – чужой диалог ворвался в её сознание как эхо чьих-то воспоминаний.

— Тебе придётся. Сделай свой выбор.

— Нет.

— Ты пожалеешь об этом, Кияна, но осознаешь ошибку, когда будет поздно! Необходимо лишить Эшту огня. Я знаю, ты знаешь, все знают!

– Я не могу его оставить.

– Выбери, Кияна! Просто скажи мне!

– Эшту! –завопил женский голос, и послышался звон битого стекла. – Я выбираю Эшту!

Найра огляделась, но ничего не падало. Формы статуй, их образы плыли в мареве раскалённого воздуха. Или это Найра сгорала изнутри и от её кожи шли волны жара?

— Как найти Кияну? – встряла Найра, ужасаясь и не понимая того, что услышала.

— Никак, пока всё не будет исправлено. Таково было её желание. Таково её условие. Она зла.