Книга Священный город бога-предателя, страница 212 – Лия Арден

— Почему в этот раз Ируга нас не спас? – вяло промямлила сареша. Слова выходили с трудом, будто она спала на ходу.

— Потому что Ируги с нами нет, – с мертвецким спокойствием ответила Махра. Найра всё пыталась сосредоточиться на её лице, но не могла. – Он ищет Кияну, так же как и Эшту. Богов с нами давно нет. Не они ответственны за начало новой войны между Хетрой и Фарсидой. Всё происходящее – решение людей.

— Что случилось с Кияной? Как такое возможно, что её не могут найти даже другие боги?

Найра тяжело опёрлась плечом на одну из статуй Ируги. Непочтительно, она бы никогда так не сделала, но сейчас опасение притупилось. Сареша думала одно, но делала противоположное, и это её вовсе не тревожило, хотя должно было.

— Не мне отвечать за богов. Спроси у него сама или же спроси у обоих, – предложила Махра, взмахом руки указывая на статую Ируги и Кияны. Единственную среди всех, где он не один.

Что-то было не так со статуей. Найра не столько видела, сколько чувствовала. Зрение по-прежнему оставалось затуманенным, восприятие – зыбким. Словно она смотрела на мир сквозь стеклянный кубок.

На ватных ногах Найра последовала за старшей жрицей к центральной чаше для подношений. Огонь плясал на углях. Сареша осмотрелась в поисках цветов и трав, которые часто лежали поблизости, но ничего не нашла.

— Ты обвиняешь богов в бессилии, одних цветов недостаточно, – ответила Махра на невысказанный вопрос. Найра напряглась, чуя неладное. – Отдай что-то своё.

— Чего же будет достаточно? – пробормотала сареша, разглядывая запястья и пальцы в поисках украшений.

— Если хочешь, чтобы тебе рассказали, то язык. Если желаешь увидеть, то глаз.

Найра вскинула ошарашенный взгляд. На миг зрение прояснилось. Она, должно быть, ослышалась. Не может жрица предлагать ей отрезать язык ради ответа, который она даже не верит, что получит. Найра жгла подношения множества раз, и на её вопросы Ируга не отвечал в привычном смысле этого слова.

— Ты не можешь предлагать подобное всерьёз, – пролепетала Найра.

Махра пожала плечами и спрятала руки в просторных рукавах льняного платья.

— Можно ухо, если хочешь, чтобы они тебя выслушали. Или палец, чтобы Ируга мог нарисовать ответ образами, – продолжила жрица с пугающим спокойствием. Её отстранённый тон наводил жуть, заставляя спину покрываться мурашками.

— Какие ещё варианты? Я хочу спросить и услышать ответ.

— Можно отдать всё одновременно.

— Как?

— Отдав себя целиком, чтобы оживить богов на время разговора. По его окончании всё твоё вернётся к тебе.

Ей предложили лишиться части тела, но услышанное о необходимости отдать себя целиком на время отчего-то напугало Найру меньше.

— Что для этого нужно?

— Твоя кровь, но живая. Та, что течёт по венам.

— Как это сделать?

— Слышать, видеть, говорить – только отчаянные желают всё, – зачем-то пробормотала Махра. Найра отмахнулась от предупреждения, ощущая неясный зуд приближающейся беды.

— Как? – упрямей спросила она, зная, что время уходит.

Скоро будет слишком поздно.

Поздно для чего?

Махра вынула из рукава нож. Тот самый, которым ранила сареше руку. Найра узнала бы его из сотни: тяжело забыть лезвие, проткнувшее твою плоть.

— Порежь ладонь и сунь в огонь. Просто выдавить кровь в пламя недостаточно. Кровь без тела – мёртвая кровь. Нужна живая. Та, что течёт по венам.