Книга Арабский кофе со сливками, страница 42 – Евгения Романенко

Смазливое лицо парня приняло выражение крайней наглости.

— Брат, еще одна подобная выходка и я вынужден буду позвонить отцу, –отчеканил Фархан.

Ни единый мускул не дернулся на красивом лице парня. Он продолжал с вызовом смотреть на старшего брата.

— Решил оставить Свету себе? – невозмутимо процедил Али. В его черных, как бездна глазах полыхал огонь ярости. Парень внезапно перешел на арабский: – Ты прям, как рыцарь на белом коне. Слишком правильный для сумасбродных поступков!

— А ты слишком потакаешь себе, – по-русски процедил Фархан.

— Хочешь, чтобы Света слышала наш разговор? – лениво отозвался Али.

Светлана во все глаза смотрела на однокурсника. Сейчас он словно повзрослел на глазах и не выглядел тем беззаботным юношей, каким она привыкла его видеть.

— Ты всегда делаешь то, что тебе велит отец, – с некоторой долей презрения заметил Али. – Он сказал тебе учиться здесь, и ты учишься…

— Да, только я делаю то, что мне нравится, – перебил младшего брата Фархан.

— Да, только она НЕ знает, что у тебя есть определенные обязательства? – спросил Али, едко улыбаясь. – И все благодаря нашему горячо любимому папочке…

Он сделал эффектную паузу. Света напряженно ждала ответа Фархана, но мужчина заметно помрачнел.

— Фархан, о чем он? – осторожно спросила девушка.

Света обогнула мужчину и пытливо посмотрела в мрачное лицо Фара. Если оно скорее было похоже на маску, то глаза жили отдельной жизнью. В них плескались странные чувства – боль, ярость и нежность. Последнее было обращено на Свету. Девушка перевела взгляд на довольного Али. Парень прищурил глаза.

— Ни о чем! – отрезал Фархан.

Света поняла, что ей никто ничего не ответит. На ее лице отразилось такое разочарование. Али это заметил и гнусно расхохотался.

— Неужто ты влюбился в нашу Светку? – ехидно заметил Али, поворачиваясь к брату.

От этого вопроса Фархан еще больше помрачнел и бросил:

— Садись в машину! Дома поговорим.

Ломаясь, Али уселся на заднее сидение.

— Вот уж не думал, что у меня будет такой козырь в рукаве – по-арабски прошипел Али. – Твое слово отцу, и он узнает о нашей милой Светлане. Не думаю, что он будет рад, что его любимый сын опозорил его…

— Заткнись! – тоже по-арабски отозвался Фархан. – Не тебе судить о моем поведении.

— Верно. Не мне. Но подумай о Гульзаре…

— Я думаю… В последнее время даже чаще обычного, – отрезал Фархан и резко захлопнул дверцу перед носом брата.

Света почувствовала себя в каком-то театре абсурда. Она не верила в то, что только что услышала. Теперь весь разговор велся на чужом ей языке. Светлана медленно отходила от спорящих братьев. Она ни слова не понимала, но чувствовала темную энергетику ссоры. В этот миг, у Светы было такое чувство, будто она сунула голову в осиное гнездо. Для нее все это было слишком.

Девушка медленно отходила от машины и прибавляла шаг. Сейчас она была не готова к дальнейшим разговорам со странной семьей.

«Мы слишком разные, чтобы друг друга понимать!» – решила она для себя, заворачивая за угол универа.

Светлана понимала, что надо подумать над создавшейся ситуацией.

«А лучше держаться подальше от двух братьев», – решила она.

Для ее же спокойствия.

Фархан задумчиво смотрел на море такого удивительного лазоревого оттенка, что дух захватывало. Мужчина мечтательно улыбнулся, подставив лицо навстречу соленому ветру. Он лениво следил за чайками. Огромные белоснежные птицы, пронзительно крича, летали над водой, настолько низко, насколько это вообще возможно. Все было так, как в последний день перед отъездом. Он снова покидает родину, уезжает в холодную страну, где дуют пронзительные ветра, зимой идет снег и тепло лишь коротких три месяца.