Книга Не на твоих условиях, страница 98 – Марина Войкова

— Я отвезу тебя домой, — говорит он. — Если ты не против.

— Не против.

В машине мы разговариваем о каких-то мелочах. Марат включает музыку, я комментирую его выбор, он возражает, что это классика, а я напоминаю, что классика не освобождает от ответственности за сомнительный вкус. Он смеётся и обещает в следующий раз предоставить мне право выбора. Я не знаю, будет ли следующий раз таким же приятным, но мне нравится, что он говорит о нём как о чём-то естественном, а не как о возможности, которую ещё предстоит заслужить.

Возле моего дома он останавливается и глушит двигатель.

— Спасибо за вечер, — говорю я.

— Это мне нужно тебя благодарить. Ты согласилась встретиться со мной, хотя могла спокойно отказать.

— Могла.

— И почему не отказала?

Я задумываюсь. Могу сказать, что мне интересно посмотреть, насколько далеко он готов зайти. Могу признаться, что всё ещё испытываю к нему чувства. Но, наверное, сейчас честнее всего будет ответить просто.

— Потому что я хочу дать нам шанс. Но это не значит, что я уже перестала осторожничать.

— Я понимаю.

— И я не хочу, чтобы ты пытался ускорить всё только потому, что теперь боишься снова меня потерять.

Он кивает.

— Я не буду торопить тебя.

— Хорошо.

Я уже собираюсь открыть дверь, когда он негромко произносит:

— Алина, я могу написать тебе завтра?

Я поворачиваюсь к нему.

— Можешь. Но если ты напишешь в восемь утра, я буду считать это покушением на мой сон.

— Запомню. В восемь пятнадцать.

— Уже лучше.

Мы смеёмся. Я выхожу из машины, наклоняюсь к открытому окну и желаю ему спокойной ночи. Он смотрит на меня с улыбкой, и мне хочется снова его поцеловать, но я не делаю этого. Не потому, что играю в недоступность. Просто мне нравится заканчивать вечер тогда, когда он заканчивается, не пытаясь выжать из него максимум эмоций.

Поднимаясь домой, я чувствую приятную усталость и лёгкое волнение. Сегодня между нами действительно что-то сдвинулось. Не произошло чуда, не исчезли все сомнения, не возникла гарантия счастливого будущего. Мы просто провели вечер вместе, поговорили, поцеловались и разошлись, зная, что хотим увидеться снова.

Иногда первый шаг выглядит именно так. Не как громкое признание и не как обещание никогда больше не причинять друг другу боль. А как готовность прийти на встречу, спросить разрешения на поцелуй и написать завтра, потому что тебе действительно хочется узнать, как прошёл день у другого человека.

Я закрываю за собой дверь квартиры, снимаю обувь и улыбаюсь собственному отражению в зеркале прихожей.

Кажется, у нас всё-таки получается начать сначала.

Только теперь я собираюсь следить не за тем, насколько красиво Марат говорит, а за тем, насколько уверенно он остаётся рядом.

В четверг утром Марат пишет мне в восемь двенадцать. Я замечаю время, потому что человек, который ещё вчера обещал не покушаться на мой сон, явно решил проверить границы дозволенного с точностью до трёх минут. Впрочем, сообщение вполне невинное: «Доброе утро. Надеюсь, ты выспалась». Я лежу под одеялом, смотрю на экран и пытаюсь решить, стоит ли напомнить ему о договорённости или великодушно простить первое нарушение. В конце концов, он не прислал мне голосовое сообщение на пять минут и не потребовал немедленно обсудить перспективы нашего совместного будущего. Уже достижение.