Книга Кусадьба. Требуется горничная!, страница 75 – Анастасия Буянкина

Глаза её торжествующе блеснули.

— Можно хоть до ста пятидесяти влачить существование жалкой развалины, но зачем? Молодость — ключ ко всему. Ко всем удовольствиям нашей жизни, ко всем радостям. Пока ты молод, можешь дышать полной грудью, любить, не боясь быть отвергнутым, протягивая сердце на ладони, любоваться своим отражением…

Вот оно. Мне и раньше было ясно, почему Бозо в какой-то миг перемкнуло, и он начал прилагать нечеловеческие усилия, лишь бы не выглядеть на свой возраст — но после пламенной речи Эльмы я поняла, что наверняка старуха тиранила его лет с тридцати пяти: «Следи за собой, не смей превращаться в древнего деда, никаких морщин!» И хорошо ещё, если дождалась, не начала гадить в голову ещё в то время, когда Бозо был подростком. В такие годы все мы уязвимы, все восприимчивы — особенно к словам тех, на кого смотрим как на путеводную звезду.

Меня замутило от отвращения к Эльме. Однако там, за этой мутью, где-то на грани сознания разноцветные кусочки мозаики принялись меняться местами, складываясь в новую картинку.

И картинка получилась на диво мерзкой.

— Вы знаете о гномах, так? — спросила я, в глубине души уже понимая, что абсолютно права. — Толкнули собственного сына в бездну и глазом не моргнули?

Эльма хохотнула — коротко и опять-таки молодо, будто колокольчик прозвенел, — а у меня вдоль позвоночника побежали мурашки. Звук, который казался раньше совершенно обычным, теперь пугал. Потому, что я знала, сколько дерьма за этим кроется, на что старуха готова пойти, лишь бы застыть во времени, лишь бы пережить всех и остаться непобедимым матриархом во главе прекрасной, вечно юной семьи Тангориан.

— Какая бездна, Ида! — поморщилась она брезгливо. — Ну что ты несёшь… Это всего-навсего небольшая сделка, выгодная и нам, и Торви. Они попросили Бозо сплести мощную защиту, и он это сделает — ничего более.

— Он у них в плену! — вскочила я с табуретки. — До вас и впрямь не доходит, что гномы не отпустят Бозо?

— С какой это стати?!

Возможно, рассказывать об этом и не стоило, но меня уже несло, и остановиться не удалось. К тому же Эльма будто и впрямь не осознавала, в какую выгребную яму столкнула любимого сына.

— Торви умеет вытягивать чужую силу, — отчеканила я. — Обладай вы таким даром, неужто согласились бы на одно защитное плетение? На одно — и больше ни на что… Никогда не поверю!

Эльма вскинула голову. В её взгляде мелькнул животный страх, который тут же укрылся за деланным безразличием, но я всё равно успела заметить. Она даже не подозревала, на что в действительности способен гном, явившийся к Тангорианам со сделкой. Наслушалась сладких обещаний сохранить молодость ей и детям — и купилась.

Разочарование переполняло меня, будто дешёвое вино — кувшины в таверне на окраине. Эльма всегда была куда разумнее других. Изворотливее, рассудительнее. Её семья не достигла бы таких высот, если бы место главы занимала наивная дурочка. Да что там… В Нирле даже говорили: «Хитёр как Тангориан», — высшая похвала.

Конечно, Эльма была одержима молодостью, но я никогда бы не подумала, что из-за этого в её безупречном невидимом доспехе появится столь широкая брешь. Всё-таки возраст взял своё. Выглядела она моложе, этого не отнять — но разум… Видно, подвёл разум.