Книга И пришёл Лесник! 30 (S-T-I-K-S), страница 86 – Василий Лазарев

Захар быстро определил Кислого в стойло пропустив через пресс-хату. Теперь его задачей, как и Клопа с Фанерой было убирать места разделки людей на органы. Всё что не нужно было нолдам, они выносили подальше и выбрасывали. Заражённые уже настолько привыкли к кормёжке, что не трогали носильщиков поджидая отходы жизнедеятельности муров. Один раз всё же было, когда они сожрали самого носильщика. Но тот не появлялся несколько дней подряд, заражённые устали его ждать. Когда он всё-таки появился, они с радостью приняли его в свои объятия. Сейчас же, когда по Старому городу шныряет столько всяких разных групп в поисках ништяков, простоя в отходах не было. Но тем не менее всегда существовала вероятность, что заражённые сожрут и носильщиков.

— Бля, вот ты придурок, Кислый, — покрутил пальцем у виска Клоп. Кличку он свою получил за малый рост. В основном он промышлял форточником. Ставил хаты через открытые окна и форточки. Первый второй этаж, но мог и с крыши залезть. По 228-й присел случайно, но в тюрьме, где он провёл два года до суда, важно по какой статье заехал, а не то, что ты себе напридумывал. Так-то все Кеннеди убивали и не один раз, но наш самый гуманный суд в мире чётко обозначил чьих ты будешь. — Зачем Резо напоминать, что он апельсин? Старых воров здесь всё равно нет, а он хоть и купил титул, раскороновать его не успели. Значит законник, а ты кто?

— Он меня тоже спросил об этом. А потом Захару отдал.

— Вот и ответ. Ты долбоёб, Кислый. Мог бы сразу в цех отправить, ты вроде здоровый на вид Чахлый какой-то, но глаза вроде ничего, — Клоп присмотрелся к зрачкам Кислого. — Опять же печёнка свежая. Да ты просто мечта нолда, дружище. Захару, говоришь, отдал? В пресс-хате зимовал?

— Да, — неохотно признался Кислый.

— Ну понятно. Нашего полку прибыло. Слышь, Фанера?

— А что толку, — флегматично ответил такой же тощий только ещё выше ростом Фанера. Он свою кличку получил за тупые вопросы. По прибытии в хату ему предложили проверить фанеру. Он тогда не знал, что это грудная клетка и грубо отказался. Ладно бы представлял из себя что, а так. Дистрофик ветром колышимый. В итоге получил кличку и договорился до перемещения под нары. — Теперь у нас трио.

— Философ! — толкнул в бок локтем Клоп Кислого. — Вникаешь с какими людьми работаешь?

— Вникаю, а что делать надо?

— Смотри-ка, Фанера как запел новорожденный. Что изволите-с! Надевай перчатки, собирай потроха в бак. Собирай шваброй кровь и отжимай сюда. Делаешь чисто здесь, переходишь в другой зал. Их у нас шесть. Иногда режут во всех сразу. Затем всё грузим на телегу и везём наверх. На пропускном пункте живёт Варвара. Классная деваха, но нам она не даст, — с сожалением сказал Клоп.

— Она не даст. Смотри, как бы самому дать не пришлось, — заметил Фанера.

— Ужас какой-то, — передёрнуло Кислого.

— А ты как думал? Баб один к пяти у нас. Так что лучше зашкерься где-нибудь и не отсвечивай. Ух я бы Варваре вставил! — разошёлся Клоп.

— Да ты до неё даже с табуретки не дотянешься, — рассмеялся Фанера. — Надо уходить отсюда. К Зубру. У них проще, они в лесу живут, там и баб полно.

— А ну-ка цинканёт кто о нашей принадлежности? — спросил Кислый.

— Опущенных нигде не любят, но там жить проще. И не пристают к тебе. Опять же оружие есть, в случае чего, ты и сам выстрелить сможешь. А ты что совсем зелёный?