Книга Рассвет русского царства. Книга 4, страница 89 – Тимофей Грехов, Ник Тарасов

Но потом удача повернулась к нам лицом.

— Тихо, — поднимая руку шепнул Лёва.

Он спешился, прошел немного вперед, присел на корточки и провел пальцем по едва заметной вмятине на земле.

— Косули, — уверенно сказал он. — Свежие. Пять штук прошли, не больше часа назад.

Я посмотрел на следы, потом на направление, куда они вели.

— Куда пошли? — спросил я.

— Вон туда, — Лёва кивнул в сторону небольшого лесного окольчика, стоявшего одиноким островом посреди уже убранного поля. — Скорее всего, там залегли.

Мы осторожно, старясь не греметь сбруей и не давать лошадям фыркать, подъехали почти вплотную к рощице. Березы там росли редкие, прозрачные, трава пожухлая. Мне казалось, что в таком «дырявом» лесу невозможно спрятать даже зайца, не то что группу немаленьких косуль.

Ярослав, ехавший чуть впереди, скептически хмыкнул.

— Лёва, ты уверен? — вполголоса спросил он. — Я этот лесок насквозь вижу. Нет там никого. Я ж говорил, что они насквозь прошли, они же не совсем глупые, что…

Договорить он не успел.

В десяти метрах от нас, прямо из желтой травы, словно призрак, взметнулась рыжая тень. А следом за ней — ещё, и ещё!

Стадо испуганно сорвалось с лежки. Коз оказалось даже больше, шесть голов!

— ПО ЛЕВОЙ СТРЕЛЯЙ! — заорал Лёва, мгновенно вскидывая лук. Сам он уже целился в дальнюю, самую крупную козу, которая пыталась уйти вглубь рощи.

Я, среагировав на крик, поднял свой лук. Тетива гулко хлопнула. И я проследил за тем, как моя стрела с глухим шлепком ударила косулю в ляжку. Животное споткнулось, жалобно мекнуло, но попыталось бежать дальше, хромая.

Рядом свистнула стрела Ярослава.

— Есть! — азартно выкрикнул княжич. Его стрела вошла точно в основание шеи одной из коз. Та рухнула, как подкошенная, проехав мордой по траве.

Тогда я, недолго думая, схватил арбалет с седла. Косули прыгали высоко и одна из них, самая резвая, взвилась в воздух в высоком прыжке, перемахивая через поваленную березу.

— «Ну, давай!» — очень надеясь не ударить в грязь лицом, подбадривал себя я.

Щелчок спуска. Болт влетел ей прямо в затылок, подловив в верхней точке прыжка. Косуля дернулась в воздухе, словно наткнулась на невидимую стену, и мешком рухнула вниз.

Лёва тем временем успел выпустить вторую стрелу, сняв ещё одну козу.

— Четыре, — выдохнул Ярослав, широко улыбаясь. — Четыре штуки за минуту!

Как правильно сказал княжич, итогом нашей короткой охоты стали четыре туши. Та коза, в которую я попал стрелой, залегла, и Лёва быстро окончил её страдания.

После чего началась рутина. Пока я связывал ноги добыче, Лёва и Ярослав быстро срубили несколько молодых березок и смастерили волокуши. Грузили туши молча, но с довольными улыбками.

Когда мы возвращались, лошади шли тяжелее, таща за собой груз. Ярослав, едущий рядом со мной, вдруг посмотрел на волокуши, потом на меня и решил пошутить:

— Ну, зятек, считай, на мясе ты уже сэкономил. Четыре косули, это тебе не кот чихнул. Голодным со свадьбы точно никто не уйдёт.

— Твоими молитвами, Ярослав, — рассмеялся я. — Твоими молитвами.

Взвалив добычу на руки холопам, я первым делом направился в баню, которую предусмотрительно протопили к нашему возвращению. Смыть с себя запах пота, лошади и лесной прели было необходимо, но рассиживаться времени не было. Едва я успел ополоснуться и переодеться в чистую рубаху, как во двор влетел запыхавшийся дозорный.