Книга Рассвет русского царства. Книга 4, страница 86 – Тимофей Грехов, Ник Тарасов

В общем, нагрузил я всех по полной.

— Ратмир! Богдан! — заметив своих десятника и его заместителя спорящими у амбара крикнул я. — Что вы там поделить не можете?

Оба переглянулись друг с другом и хмурясь подошли ко мне.

— Докладывайте, — потребовал я, когда они поднялись на крыльцо. — Что с размещением?

Ратмир почесал затылок, сдвинув шапку на лоб.

— Беда, Дмитрий Григорьевич. Народу едет тьма. У Андрея Шуйского только свита человек двадцать будет, да охрана. У князя Бледного и того больше. У Ратибора десяток. Куда их всех девать?

— Я же велел освободить лучшие избы, — нахмурился я. — Так сказать, организовать «гостевой квартал».

— Освободили, — кивнул Ратмир. — Вычистили, вымыли, даже клопов выморозили, где были. Людей своих потеснили, кого в казармы, кого к соседям и родичам расселили. Но все одно — тесно будет. Дружинники-то ладно, им в казарме, да и на соломе спать привычно. А вот бояре, дьяки, постельничие… Им комфорт подавай.

— Значит, так, — я рубанул ладонью воздух. — В избах селить плотно. Кому не нравится — пусть в шатрах спят, благо погода пока позволяет. Но главное, Ратмир, — я посмотрел ему в глаза, — безопасность.

— Это само собой, — подтянулся он.

— Нет, ты не понял. У нас тут сольются три, а то и четыре разные дружины. Люди горячие, хмельные будут. Старые обиды, местничество — кто кому кланялся, кто выше сидел… Чтобы драк не было! Усиль караулы. Оружие на пиру только у моей личной охраны. Гостям, даже самым знатным, вежливо, но твердо намекнуть: мечи и сабли оставить в покоях.

— Сделаю, — серьезно кивнул Ратмир. — Периметр закроем наглухо. Мышь не проскочит.

— Теперь ты, Богдан, — я повернулся ко второму помощнику. — Что с припасами?

Богдан, отвечавший за провиант, выглядел так, словно сам таскал мешки с мукой всю ночь.

— Склады ломятся, Дмитрий Григорьевич. — Он начал загибать пальцы. — Быков забили пять штук, свиней с десяток. Птицу вообще не считал. Рыбы копченой, соленой, свежей… возами. Овощи, соленья — всего в достатке. Меды ставленные, пиво, брага…

— Вот насчет питья, — перебил я. — Тут нужен баланс. Гости должны быть довольны, столы должны ломиться, это понятно. Но не дай Бог перепьются до скотского состояния.

— Так свадьба же, — развел руками Богдан. — Как не пить?

— Пить, но с умом. Твоя задача — следить, чтобы кубки наполнялись, но и закуска не кончалась. И еще… поменьше крепкого. Больше меда легкого, пива. Чтобы веселье было, а не поножовщина.

— Понял, — усмехнулся Богдан. — Разбавим если что.

— Разбавлять не надо, позориться еще… Просто подавай с умом.

Отпустив помощников, я направился к храму.

Стройка, наконец, завершилась. Каменные стены побелили, леса убрали, и теперь церковь возвышалась над Курмышом белым лебедем. Колокол, тот самый, что мы отливали с таким трудом, уже висел на звоннице, готовый возвестить округу о рождении новой семьи.

У входа меня встретил Варлаам. Игумен просто сиял. В последнее время он ходил гоголем. Еще бы, такую церковь отгрохали в глуши!

— Благодать, Дмитрий Григорьевич! — прогудел он, едва завидев меня. — Просто благодать!

— Вижу, отче, вижу, — улыбнулся я. — Готово все?

— Почти, сын мой, почти. Иконы вчера привезли, из самого Нижнего, от владык. Письмо дивное, краски яркие! Алтарь украсили, паникадило начистили.