Книга Рассвет русского царства. Книга 9, страница 27 – Тимофей Грехов, Ник Тарасов

— Не мешали?

— Ну, не совсем. — Я посмотрел на неё. — Было несколько попыток разузнать про мои орудия. Один из старших предлагал моему сотнику Ратмиру купить две пушки за очень приличное золото.

Мария Борисовна приподняла бровь.

— Прямо вот так?

— Прямо вот так. Ратмир отказал, а я удвоил охрану. Но мне будет спокойнее, когда мы отдадим их долю и выставим их из Новгорода. Правда… — я сделал паузу. — Нужно будет отправить вместе с ними несколько сотен, чтобы сопроводить их до границы с Большой ордой.

— Разумно, — согласилась со мной княгиня и тут же переключилась на новую тему. — Как Холмский себя показал?

Я помолчал несколько секунд, старясь понять почему она заговорила о нём.

— Двояко.

— Это как понять?

— Он выполнял всё, что нужно. Грамотно, без задержек.

— Но? — в уголках её глаз читалось что-то похожее на лёгкое удовольствие от разговора.

— Но стоит нам остаться один на один или хотя бы когда он думает, что я не смотрю, у него лицо становится слишком холодным. Кажется, будто он постоянно взвешивает… проверяет. Сначала я думал, ищет слабину, чтобы ударить в спину. Потом понял, что не то.

— Скажи, как считаешь.

Я посмотрел на неё.

— Думаю, он меня примеряет. Пытается понять, чего я стою на самом деле, не в бою, а так, в целом. Зачем, пока не понимаю.

— А ты не задумывался, что ты не единственный, кого он таким образом проверяет?

— Задумывался, — признал я. — Но это не очень меняет суть вопроса.

— Иван его ценил, — сказала она.

— Мне говорили. Князь Бледный упоминал.

— И что ещё говорил тебе князь Бледный?

Я уловил в этом вопросе нечто, что заставило меня притормозить.

— Мария Борисовна, — усмехнувшись сказал я, — у меня складывается ощущение, что не только Холмский меня проверяет.

Она несколько секунд серьёзно смотрела на меня, а потом не выдержала и рассмеялась. Служанка вздрогнула и уставилась на хозяйку, но встретившись с ней взглядом, тут же отвернулась.

— Прости, — сказала Мария Борисовна. — Правда, прости. Я не ожидала такой прямоты. Просто, я пытаюсь разобраться. А ты один из немногих людей, чьё мнение я хочу услышать.

— Понимаю, — ответил я.

Она чуть улыбнулась.

— Тверской, кстати, — сказал я, заметив его знамя через щёлку окна, прикрытого плотной тканью. — Мне бы очень хотелось, чтобы он в дележ не лез.

— Он и не полезет, — произнесла она, и в голосе прозвучало нечто такое, что я решил тему не развивать.

В этот момент в стенку возка снаружи трижды постучали.

— Подъезжаем, Великая княгиня, — донёсся голос снаружи.

Мария Борисовна посмотрела на меня.

— Продолжим сегодня вечером. После того, как я отдохну с дороги и увижу город.

— Как прикажешь, — ответил я. И когда возок остановился, я потянулся к дверной ручке.

Снаружи уже слышались голоса. Семён отдавал команды, охрана выстраивалась для въезда в ворота. Я выбрался первым, ступил на землю осторожно… чтобы не потревожить ногу, после чего выпрямился и подал руку Марии Борисовне.

Она оперлась на неё, и вышла.

Перед ней лежал Великий Новгород…

Мария Борисовна несколько секунд смотрела на стены, на купола храмов над детинцем… но не это было главным.

А полки, построенные её встретить.

Я едва заметно кивнул Семёну, и тот резко взмахнул рукой.

В ту же секунду тысячи клинков плашмя ударили по щитам.