Книга Последняя станция — море, страница 16 – Алисия Роуден

Серый, с маленьким тёмным пятнышком возле радужки.

Глаз её матери.

Она отшатнулась.

— Вера, — сказал голос. — Посмотри на меня.

Костя схватил её за руку и потащил назад.

— Беги!

Вера не сопротивлялась. Они бросились по коридору, миновали пустые купе, проскочили переход между вагонами. Позади раздался глухой удар, затем скрежет металла.

Дверь открывалась.

Они остановились только у столика в первом вагоне.

Костя согнулся, уперев руки в колени. Вера тяжело дышала, чувствуя, как сердце колотится в груди.

— Что это было? — спросила она.

— Не знаю.

— Ты знал, что там моя мать?

— Нет.

— Тогда почему испугался?

Костя выпрямился.

— Потому что оно заговорило с тобой.

— Кто?

— То, что за дверью.

— Ты сказал, что не знаешь.

— Я не знаю, кто там. Но знаю, что происходит, когда пассажир отвечает.

Вера посмотрела на него.

— Что происходит?

Костя молчал.

— Скажи.

— Сначала ты слышишь голос. Потом вспоминаешь то, что хотел забыть. Потом начинаешь думать, что если откроешь дверь, всё можно будет исправить. И однажды открываешь.

— А потом?

Он отвёл глаза.

— Потом тебя больше никто не видит.

Вера почувствовала, как холод проходит от затылка к плечам.

— Ты видел, как кто-то открывал?

Костя кивнул.

— Девушка. Она ехала со мной. Её звали Лида. Она хотела увидеть брата. Он пропал в затопленном городе, когда ей было девять. На второй остановке она услышала его голос и вышла. Я пытался её удержать, но она сказала, что не собирается бросать его второй раз.

— И что с ней стало?

— Не знаю. Двери закрылись, поезд поехал дальше. А на следующей станции её место было занято другим человеком.

Вера села.

— Сколько человек в этом поезде?

Костя пожал плечами.

— Четырнадцать.

— Откуда ты знаешь?

— На билете написано.

Вера достала свой билет.

СОСТАВ ПАССАЖИРОВ: 14.

Она посмотрела на Костю.

— Ты знаешь остальных?

— Некоторых.

— Тогда покажи мне их.

Костя покачал головой.

— Не всех можно показывать.

— Почему?

— Потому что не все ещё приехали.

Вера хотела возразить, но в этот момент поезд резко качнулся. В стаканчике на столе дрогнула вода. За окном вспыхнул свет, и на секунду она увидела длинную платформу, покрытую белым песком.

На платформе стояли люди.

Много людей.

Они не двигались, не махали руками, не пытались привлечь внимание. Просто смотрели на поезд, пока он проходил мимо.

Вера узнала одного из них.

Семён Ильич.

Он стоял у края платформы в своей старой рабочей куртке, с термосом в руке. Рядом с ним был мужчина в сером пальто, который смотрел прямо на Веру.

И ещё один человек.

Высокий, худой, с тёмными волосами, тронутыми сединой у висков.

Её отец.

Он не улыбался. Не махал рукой. Просто стоял среди остальных и держал в руках маленькую стеклянную банку с серым песком.

Вера вскочила и бросилась к окну.

— Папа!

Поезд не замедлился.

Она ударила ладонью по стеклу.

— Папа!

Мужчина поднял голову.

И на этот раз Вера увидела его лицо.

Он выглядел точно так, как на последней фотографии, сделанной за неделю до исчезновения. Те же глубокие складки у рта, та же привычка чуть наклонять голову, когда он слушал. Но в его глазах было что-то чужое — не страх и не удивление, а бесконечная усталость человека, который слишком долго стоял на одной и той же платформе.

Он поднял банку.

Потом показал на свои часы.