Книга Энциклопедия Человеческого Д***изма. Без согласования, страница 98 – Вадим Мартовский

Бориса Михайловича привели ближе к концу.

Он вошёл без сопровождения, но в куртке. Видимо, его уже не просили раздеваться как сотрудника. На стол перед ним положили отдельную папку.

— Борис Михайлович, — сказала юристка. — Подтверждаете ли вы, что самостоятельно осуществили подготовку и передачу архивного массива во внешнюю информационную среду?

— Подтверждаю.

— Понимали ли вы, что материалы могут содержать сведения, позволяющие идентифицировать участников исследований?

— Понимал, что такая вероятность есть.

— И всё же совершили передачу?

— Да.

— По какой причине?

Борис Михайлович помолчал.

— Потому что материалы начали готовить к актуализации.

Юристка подняла глаза.

— Поясните.

— Я работал в архиве. Я умею читать такие распоряжения. Когда вам предлагают обеспечить единообразие исторических редакций, это не всегда означает уничтожение. Иногда означает более тонкую работу. Документы остаются. Но перестают объяснять друг друга.

— Вы считаете, это оправдывает ваш поступок?

— Нет.

— Тогда почему вы его совершили?

— Потому что отсутствие оправдания не отменяет необходимости выбора.

Алексей почувствовал, как внутри что-то дрогнуло. Не восхищение. Он всё ещё злился на Бориса. Но впервые понял, почему тот не пытался выглядеть правым.

Директор наклонился вперёд.

— Вам оставался год до пенсии, Борис Михайлович. Вы понимали последствия для себя?

— Да.

— И сознательно поставили под угрозу работу института?

Борис Михайлович посмотрел на него спокойно.

— Я поставил под угрозу удобную версию его работы.

После этого никто не говорил несколько секунд.

В протоколе, подумал Алексей, эта фраза будет выглядеть ужасно. Или красиво. Что почти одно и то же, если потом её используют не по назначению.

Решение комиссии объявили к вечеру.

Его не читали полностью. Директор изложил основные положения, потому что документ получился на тридцать семь страниц и даже ему, вероятно, не хотелось проходить через него вслух.

Выяснилось, что утечка стала следствием «совокупности организационных, технических и коммуникационных дефицитов».

Выяснилось, что прямых оснований считать действия руководства направленными на причинение вреда не установлено.

Выяснилось, что отдельные сотрудники допустили «недостаточную осмотрительность при обращении с материалами различной степени чувствительности».

Выяснилось, что «Контур» нуждается не в закрытии, а в глубокой доработке, терминологическом обновлении и передаче в новую межведомственную структуру с расширенным общественным сопровождением.

— То есть его отдадут тем же людям, но с новым названием? — тихо спросил Егор.

— Не тем же, — ответила Лидия. — С новыми бейджами.

Борис Михайлович вышел из конференц-зала раньше остальных. Никто его не останавливал.

Алексей увидел его вечером у нового корпуса через дорогу от института. На фасаде уже висела свежая вывеска подрядчика: «Стратегические решения среды». Внизу, рядом с турникетом, стояла вахта ЧОП.

За стеклом сидел Борис Михайлович.

На нём была тёмно-синяя форма с нашивкой охранной фирмы. Она сидела на нём плохо: рукава оказались коротковаты, воротник — слишком жёстким. Перед ним лежал журнал посетителей, кружка и маленький фонарик.

Алексей остановился.

Борис Михайлович заметил его, поднял взгляд и кивнул.