Книга Любимый плут, страница 146 – Кэролайн Линден

Бианка взяла его лицо в ладони и вернула поцелуй — нежный, глубокий.

— Чтобы я забыла, как ты не верил мне, а сам так часто просил меня верить тебе… лучшее средство…

Макс не дал ей договорить: склонившись над ней, уже возбужденный, уже готовый, завернул юбки и вошел в нее. Она так вцепилась в него, что ногти впились в спину, и он задрожал, глядя на нее под собой, такую страстную, такую распутную. Глаза у нее сияли как серебро, а волосы, разметавшиеся по подушке, отливали золотом.

— Да, — простонала Бианка. — Да, Макс…

Это был самый жесткий, самый стремительный приступ любви, который он когда-либо пережил. Не потребовалось ни ласковых слов, ни прикосновений. Вонзившись в его ягодицы, она принуждала входить в нее жестко и глубоко, голова ее металась из стороны в сторону, с губ срывались бессвязные слова, которые были для него то ли поощрением, то ли проявлением страсти, а может, и любви.

Любовь!

Он держался изо всех сил, не позволяя себе достигнуть пика, пока это не произойдет с ней. И этот момент наступил, окрасив утро в разные оттенки розового и озарив блеском золота.

Важнейшая в его жизни игра принесла ему то, что превосходило самые немыслимые желания. Он не только доказал себе, что способен вести бизнес, но и нашел Грету и спас от ада, который ей устроил Кроуч. Он больше не был повесой с пустыми карманами, который жил от одной игры до другой. Теперь у него появилась цель и возможность ее достичь. А еще Бианка — прекрасная, умная, страстная и верная.

У него есть все, о чем только можно мечтать.

А любовь…

К удивлению обитателей Перузии, Грету взяла под свое крылышко Френсис, а начала с того, что отправила повару список блюд, которые, по ее мнению, могли быть полезными. Строго-настрого приказала не давать Грете никакого алкоголя, только чай, причем в большом количестве. Несчастную закормили яйцами и говяжьим бульоном со свежими овощами, а также рыбой, а вот пудинг, по мнению Френсис, ей был вреден. Однажды утром, когда Бианка поинтересовалась, куда делась двоюродная бабка, ее направили на кухню, где она и нашла их вместе с Гретой. Дамы поджаривали на огне хлеб на специальной вилке для тостов.

— А когда он вот так нежно подрумянится, мы положим на него сверху вот этот вкусненький кусочек сыра, — услышала Бианка задушевный, необычно доброжелательный голос Френсис. Грета, которая выглядела намного лучше в приличном платье, причесанная, с заплетенными косами, еле заметно улыбнулась и убрала вилку с огня.

Когда она описала эту сцену Максу, тот вопросительно посмотрел на нее:

— Может, не стоило давать ей вилку? Она, случалось, нападала…

— В самом деле? — Бианка вскинула брови. — Ты это сам видел?

— Конечно, с досадой, — с досадой буркнул Макс.

— Если она воткнет вилку Френсис в глаз, та не будет слишком удивлена, — добавила Бианка. — Но я полагаю, что тетушка сумеет позаботиться о себе.

Макс рассмеялся и посмотрел на жену с теплотой и любовью.

Бианка с улыбкой отвела взгляд. Когда Макс сказал, что любит ее, она услышала, но не среагировала, а он не стал повторять.

Бианка тоже не сомневалась, что любит его, но то, что у него есть от нее секреты, стало ударом, даже хуже. Он вообще не собирался рассказывать ей о Грете. Отчасти она понимала его, но все равно злилась из-за того, что он ей не доверял. И это после их близости! Если бы он признался, что собирался рассказать ей обо всем позже, просто не знал как, она бы поверила ему и простила все.