Книга Зимние Боги и Змеи, страница 115 – Венди Хейсс

— Отзовите животное, — тихо приказал я.

Она чуть хихикнула.

— А почему должна?

— Хотите развязать войну?

— А ты что сделаешь? Давай, — прошептала она и мягко провела губами по краю моего уха. — очаруй меня, чтобы я снова проявила милосердие.

Морф подбирался всё ближе к моей тётке. Преисподние.

— Отзовите своё животное, или я его убью.

Её усмешка растянулась в широкую улыбку вызова. Ей было ужасно весело.

— Покажи мне тогда, как ты убиваешь.

Ей было всё равно, или она слишком верила, что я этого не сделаю.

— Принцесса!

— Страж?

Она внимательно изучила меня, золотые радужки светились весельем. Она слегка прикусила губу, словно сдерживая победную улыбку.

— Да, ты и твои правила не убивать. Где была эта праведность, когда вы спустили своих псов, чтобы убить меня?

Она играла со мной. С самого начала только и делала, что играла, а я попадал в каждую её ловушку и проигрывал всё, что она пыталась мне доказать. Вот оно. Она хотела доказать мои ошибки, наши ошибки, а их было много.

Мемфис внезапно скользнул обратно и свернулся у неё на коленях. Она довольно погладила жуткое животное по голове.

— Ты ещё увидишь, насколько изобретательной я бываю. Смерть радует меня меньше, чем падение.

Я должен был почувствовать облегчение, но она держала меня в постоянном состоянии тревоги.

Заседание началось шумно. Исийордская сторона жаловалась и снова возвращалась к страху перед новым нападением, подобным тому, что случилось двенадцать лет назад. Они имели право тревожиться. Три тысячи сто двадцать семь. Столько невинных погибло из-за нашей слепоты. Стрегор и моя тётка не задумались о побочном ущербе своих действий. Ослеплённые страхом, они не подумали о потерянных жизнях и ни разу в них не раскаялись.

— Я предпочёл бы, чтобы стена осталась стоять, — заявил лорд Вензор.

— Она останется стоять, — возразила моя тётка, опуская очки, чтобы рассмотреть его. — Это большая стена.

— Ивар, — позвал Альбиус, перебивая Вензора прежде, чем тот выплюнул яд, уже готовый сорваться с губ. — Соглашение было одобрено голосованием. Не будем тратить время на пустые мнения.

Он повернулся к моей тётке.

— Полагаю, вы согласились оставить печать ремесленников.

— Да, — сказала она. — И совместную стражу на границах.

— Внутри наших стен действует система удостоверений личности, о чём вы, уверен, прекрасно знаете, — сказал молодой лорд, передавая моей тётке стопку документов, — Ваши люди смогут свободно пересекать наши земли, но без документов им будет трудно попасть в города.

Она кивнула.

— Мы в курсе. Наши граждане уже обеспечены такими документами.

Разговор вёл Альбиус. Он умел ставить уважение выше личной неприязни гораздо лучше многих правителей. Мудрый человек с мирной манерой правления. Возражения и согласия одно за другим перекатывались через стол, но я радовался уже тому, что такие разговоры наконец начались. О свободе моего народа впервые говорили вслух, и скоро она должна была стать реальностью.

Она не сказала ни слова и ничем не выдала своих чувств. Лишь молчала, не моргая, а когда все ушли, осталась почти неподвижной, будто перестала дышать в опустевшем зале.

— Пирожок, — позвал Кай, когда солнце скрылось за тяжёлыми грозовыми тучами.

Она глубоко вдохнула, поднялась и вышла. Руки вдоль тела были крепко сжаты, и только теперь я увидел скрытую под столом дрожь. Почему она дрожала? От злости? От желания причинить боль? Или оттого, что едва удерживала себя?