Книга Тайна Черного дракона, страница 158 – Анна Джейн

— Идем.

Мы неспешно пошли по дорожке. Снега осталось мало — где-то он растаял, а где-то покрылся грязевой коркой. Всюду разрастались проталины, но благодаря стараниям магов дорожка, по которой мы шли, была чистой и ухоженной. Постепенно темнело, но небо над нами все еще оставалось глубокого аквамаринового оттенка. Этот цвет был таким насыщенным и глубоким, а кучевые облака — такими белоснежными, что казалось, будто небо раскрашено волшебными красками.

Мы беспечно болтали о жизни, когда вдруг зачирикала веселая птица, сидевшая на верхушке одного из деревьев. И Эштан замер, прислушиваясь к ее пению.

— Чувствуешь это? — спросил он.

— Что?

— Дыхание весны. Совсем скоро она вступит в свои права. А там уже и рукой подать будет до Дня весеннего благоденствия.

День весеннего благоденствия — день моей свадьбы. День, который я очень жду, но о котором пытаюсь забыть.

— До него еще долго, — заметила я.

— Время пролетит быстро, Белль. Оно быстрее, чем ветер.

Эштан зачем-то сошел с мощеной дорожки, перепрыгнул через поваленное дерево и опустился на колено перед невысокой снежной горкой — здесь снег еще не успел потемнеть.

— Ты чего? — удивилась я.

— Драконовы подснежники, — улыбнулся он и немного раскопал снег — на свет появились зеленые стебли, увенчанные золотистыми цветками.

— Серьезно? — воскликнула я.

Драконовы подснежники были редкими цветами, и я даже не знала, что они растут на территории академии. По старинным поверьям, нужно было съесть лепесток драконова подснежника, чтобы исполнить желание. Мы с братьями все детство по весне искали эти цветы и никогда не находили, хотя бабушка утверждала обратное. Уже став взрослыми, мы узнали, что в нашей провинции драконовы подснежники никогда и не росли. Им нужны более теплые земли. В нашем зимнем холоде им не выжить.

— Какие красивые! — сказала я, пробираясь к Эштану. Цветы действительно были прекрасны. Они сверкали на вечернем солнце, словно золото. Теперь понятно, почему о них слагали поверья.

— Красивые, — согласился Эштан. — И они тебе подходят.

— Бабушка говорила, что их лепестки исполняют желания, если их съесть, — вспомнилось мне.

— Тогда пусть они исполнят все твои желания, Белль

Я ничего не успела сказать, как он сорвал несколько штук и протянул мне, радостно улыбаясь.

— Эштан… Их нельзя рвать! — воскликнула я. — Они же погибнут!

— Что? — растерялся он, а драконовы подснежники вдруг вспыхнули в его руке и стали черными, будто обуглились.

У меня из груди вырвался вздох разочарования. Бедные цветы.

— Что я наделал, — вдруг прошептал Эштан и глянул на меня большими глазами, полными отчаяния, которое я никогда прежде в них не замечала. — Что я наделал, Белль?

— Эштан…

— Я всегда приношу несчастья. Даже цветы умерли в моих руках. Что говорить о людях? — На его лице появилась кривая улыбка. — Все, до кого я дотрагиваюсь, вынуждены страдать. Я проклят.

Он опустился на колени и закрыл лицо ладонями, а я подошла к нему, присела рядом на корточки, не боясь запачкать платье, и обняла за плечи. Как друга, не как мужчину.

— Эштан, все хорошо. Ты же не знал! К тому же это просто цветы.

Его плечи дернулись, будто он заплакал, и я стала успокаивающе поглаживать Эштана по спине.

— Все хорошо, — шептала я. — Все хорошо. Веришь?