Книга Бессмертный, страница 100 – Эмма Хамм

Вдруг прямо рядом с ее руками встали чьи-то сапоги. Они были все покрыты грязью и сажей и, безусловно, принадлежали кому-то намного крупнее нее.

— Ты что тут делаешь? – прорычал он.

— Хотела убедиться, что мои чаши достаточно чистые для еды, – запинаясь, пролепетала она. Джессамина надеялась, что ее слова прозвучали достаточно убедительно.

— Правда, что ли?

— Да. А что? – Джессамина сунула злополучные чаши в сумку.

— Выглядит так, будто ты колдуешь. – Мужчина присел рядом с ней, упираясь руками в мощные бедра. – И тебе совсем не хочется знать, что мы в Промышленном районе делаем с ведьмами, девчонка.

Она раскрыла рот, уже готовясь выдать тираду о том, как королевская семья запретила наказывать ведьм без официального разрешения еще годы назад. Но тут же поняла, что это только вызовет больше подозрений. Откуда бы какая-то уличная девка знала об этом?

Поэтому она просто закрыла рот и кивнула.

— Предупреждений не будет. Поняла? Если увидят, как ты колдуешь, – сразу прикончат, без разговоров. Никто даже к телу не подойдет, кроме голодных крыс, которые обглодают его до костей.

— Поняла, – процедила она сквозь зубы.

Мужчина встал и сплюнул на землю рядом с ней, прежде чем уйти. Чаши зазвенели, когда Джессамина закинула рюкзак на спину. Несмотря на угрозы мужчины, ей не хотелось прятаться, она не чувствовала страха. Вместо этого она ощущала, как в груди разгорается пламя.

Теперь ей хотелось творить заклинания у всех на виду. Хотелось закричать, что она ведьма и любой, кто попытается как-то ей навредить, – сгорит живьем. Конечно, это были лишь фантазии. Джессамина едва могла зажечь свечу с помощью магии. Но внезапно ей захотелось научиться владеть ею как оружием.

Может, Бессмертный был прав. Она действительно хотела причинять боль людям, и теперь ей нужно было научиться это делать.

Бормоча под нос что-то про мужчин, которые пристают к миниатюрным девушкам, она вышла из переулка и направилась обратно к гостинице. Джессамина надеялась, что днем толпа будет хоть немного приветливее и ей удастся расспросить постояльцев о Каллуме. Кто-то же в этом районе должен помнить молодого человека, который вырос и стал правой рукой королевы.

Джессамина приближалась к месту, где ранее оставила послание на стене. Завернув за угол, она чуть не врезалась в спину высокой женщины, перед которой стояла еще толпа зевак. Их было так много, что перейти улицу стало почти невозможным.

— Простите, – сказала она, коснувшись спины мужчины поменьше справа от себя. – Позвольте пройти, мне нужно попасть в гостиницу.

Мужчина недовольно зыркнул на нее, но все же позволил ей проскользнуть в толпу. И тут до нее стали доходить бормотания.

— Да разве так бывает? – спросила женщина, стягивая с головы грязную повязку, нервно теребя ее в руках.

— Конечно нет, – фыркнул стоящий рядом мужчина. – Из города было видно все: королевскую свадьбу, ее падение со скалы, как она ударилась об воду. Никто бы после такого не выжил.

У Джессамины перехватило дыхание. Они говорили… о ней?

Заглянув в переулок, где она оставила послание, девушка поняла, что толпа собралась из-за нее. Они все смотрели на стену, а те, кто стоял ближе всего, даже не трогали ее руками. Словно боялись, что слова, как мираж, исчезнут.

— Принцесса мертва! – крикнул другой мужчина. – Мы все видели, как она разбилась!