Книга Лезвие, страница 26 – Ульяна Соболева

— Дим. Ты меня не узнал?

Он все еще держал меня за руку и свел темные брови на переносице. Глаза зеленые все такие же яркие.

— Мы… мы разве с вами знакомы?

И тут я рассмеялась, потянулась вперед, и когда стала на ногу, ощутила боль в лодыжке и ухватилась за его плечо.

— О. МОЙ. БОГ, — его глаза округлились. — ОХРЕНЕТЬ. Дашкаааа.

Я киваю и смеюсь, понимая, что подвернула ногу.

— Охренеть, ну ты даешь. Никогда б не узнал… Твою ж.

* * *

Мы сидели в кафе неподалеку от места аварии, и Димка не спускал с меня восторженного взгляда, а мне и Димкой его теперь странно называть. Он уже совсем не мальчик. А сам без пяти минут полковник. Женился на Наташке, но пару лет назад они развелись. Тесть давно умер. А он вот уже дослужился до подполковника, начальник отдела в одном из крутых районов столицы.

Оказывается, ехал на встречу с сокурсниками за город и ехал следом за моей машиной. Когда увидел, как я вылетела в кусты, бросился на помощь.

— Твою машину отвезут эвакуатором сразу в мастерскую. Сегодня же все исправят. Ни в какие протоколы это не занесут.

— Спасибоооо, — я отпила апельсинового сока и посмотрела на мужчину, — значит, уже нет песен под гитару, районных драк и пива из взломанных киосков?

Он усмехнулся.

— Ну почему, гитара очень даже есть. Вот сегодня думали оторваться и под шашлычки зажечь, как раньше. А вот с драками теперь проблемы — не положено по статусу. Как же ты изменилась. Всегда симпатичной была, а сейчас… блин. Смотрю и слов нет. Замужем, наверное, и дети? Таких красивых свободными никогда не оставляют.

— А вот и нет. Я совершенно свободна. Ну, по крайней мере, я так помню.

— Что значит, ты так помнишь?

В этот момент к кафе подъехал тот самый черный джип, и заметил его скорее Дима, чем я. Потому что его брови опять сошлись на переносице, и он даже весь как-то вытянулся. Я проследила за его взглядом и резко обернулась. Тут же вздрогнула — из машины вылез Макс. Снял очки и швырнул на сиденье, внимательно глядя сначала на меня, потом на Диму. Внутри резко взметнулась волна ярости — так значит, это он на джипе за мной повсюду таскался?

Максим, не торопясь, тяжелой поступью поднялся по ступеням, не сводя с Плетнева давящего и мрачного взгляда. Тот весь подобрался и убрал руки со стола. Макс отодвинул стул и, не спрашивая разрешения, уселся между мной и Димой. Сбоку. Так, что теперь каждый из нас был по правую и левую сторону от него.

— Что произошло? — спросил именно у Плетнева, на меня даже не посмотрел, словно разговор не обо мне, и я совершенно пустое место. Я опять отметила про себя эту дикую и давящую энергию, которую он излучал и подавлял собеседника. Я видела, что Плетнев занервничал. У него на лбу выступили очень маленькие блестки пота. Словно он знает, с кем говорит, и боится. На фоне Максима Димка казался каким-то хилым, полноватым и… и жалким. Вдруг исчез весь пафос, с каким он сообщал мне о своих достижениях по службе.

— Эй, крошка, мне эспрессо двойной и без сахара. И… и рюмку коньяка, — повернулся к Диме, — ну, я весь во внимании. Что случилось, где машина?

— Я не на службе, Максим Савельевич, я проезжал мимо, увидел авто в кустах. Решил помочь.

— Какая нынче полиция — само благородство. Как в кино. А ты по номеркам пробил — надо помогать или нет? Или, и правда, бескорыстно?