Книга Бунтарка для альфы, страница 33 – Марго Лаванда

— Почему ты такая нервная, Алекс? — хмуро поинтересовался Кейсер, когда я хлопнула дверью такси с такой силой, что едва не вывалилась ручка со внутренней стороны двери, а водитель зыркнул со злостью. Но не посмел ничего сказать.

Оставляю без внимания вопрос Кейсера, и мы едем в полном молчании. Нас встречает очень радостная Кассандра, которая сразу же ластится к Кейсеру, и поглядывает на меня недружелюбно.

* * *

Наконец, ремни пристегнуты. Кресло в вертикальном положении. Кремовые кожаные кресла в частном самолете — невероятно удобные, однако у меня не получается расслабиться. Характерный шум в ушах, когда самолет плавно идет на взлет, давление в салоне медленно повышается. Внезапная, необъяснимая паника, от которой во рту пересыхает, перехватывает дыхание, руки сжимаются в кулаки так, что белеют костяшки пальцев.

— С тобой все в порядке, Алекс? — раздается голос Кейсера. — Не помню, чтобы у тебя была аэрофобия.

— Вы давно вместе? — тут же влезает Касс.

— Да, мы же с детства помолвлены, да дорогая. Нас обручили родители.

Это возмутительная ложь и я бросаю на Кейсера злобный взгляд. Зачем он упоминает тех, кого давно нет с нами. Еще и пороча их память ложью. Мы никогда не были предназначены друг другу. Мы были не близки, скорее наоборот. Да, у меня была девичья влюбленность, но я давно вытравила ее из себя. Когда Кейсер стал изгоем, тем более все дружно забыли его, вычеркнули. Он стал одиночкой, а потом и я, но совершенно по иным причинам. Меня все время тянуло куда то, я вредила родным тем, что вечно вляпывалась в неприятности. Потом меня решили связать узами с оборотнем из дружественного клана. Я была категорически против. Меня от одной только мысли быть с ним — выворачивало на изнанку от отвращения. Не знаю почему. От одного прикосновения трясло, было до ужаса неприятно, противно.

Поэтому я сбежала из дома. А когда вернулась — весь клан погиб.

Я долго чувствовала свою вину. Жалела, что меня не было рядом. Попала в чертовы лапы Кейсера. Я ведь его первого подозревала. Его сделали изгоем, чем не причина мстить.

Тогда почему я таяла вчера от его поцелуя? Что, черт побери, это значит?

— Что вам предложить? — любезничает стюардесса модельной внешности, возвышаясь надо мной. Уверена, попроси я что-то сверхэкзотичное, и она принесет. На этом роскошном частном самолете все самое лучшее, все самое дорогое и экстравагантное.

А я злюсь, руки сжимают подлокотники, и отчаянно хочется выместить льющуюся через край агрессию на спарринге. Но такой возможности у меня нет, и представится она очень нескоро, поэтому приходится тихо выдохнуть, набрав побольше кислорода в легкие и вежливо отказаться от услуг стюардессы.

Но кислорода здесь чертовски мало, я задыхаюсь. Пахнет цветочным парфюмом Кассандры, а под ним, глубже — ее мускусным запахом, который она выделяет в присутствии Кейсера. Как оборотень, я его тонко улавливаю и никак не могу абстрагироваться, притворяться, что не замечаю, что она пытается соблазнить моего мужчину.

Пусть он не мой по-настоящему, но сейчас для всех окружающих — мы пара. Хотя, Кассандре все равно, она — хищница, которая охотится на всех мужчин в своем окружении, которых посчитает достойными. Ей нравится — и она берет то, что хочет. Плевать на других. Никогда таких не любила.