Книга Тысяча ночей без тебя, страница 129 – Федерико Моччиа

Савини знал, что Танкреди отдавал указания так, чтобы ему ничего не сообщали, чтобы он ничего ни о чем не узнал, в том числе и о том, где он был.

— Ты злишься на меня, Танкреди?

Он улыбнулся ему:

— Нет, я злюсь на себя. Это только моя вина.

Савини почувствовал облегчение:

— Не думаю, что в этом случае это чья-то вина. Может быть, вы с Софией просто не встретились в нужное время. Сейчас она одна, ей стало спокойнее, она отыщет в себе равновесие и, может быть, подумает еще раз. Дадим ей немного времени. То, что она была такой жесткой, когда ты приехал в Россию, – это хороший знак.

— Савини, ты сделался психологом лучшим, чем Пол Уэстон, которого мы привозили на остров.

Савини рассмеялся:

— Он стоил дорого и ни на что не сгодился.

— Есть вещи, которые сами себя лечат. Боль нужно пережить в полной мере. Ты должен был рассказать мне о том, что она переспала с Андреа.

Они смотрели друг на друга несколько секунд.

— Ты прав. Эта ложь грызла меня изнутри.

— И еще тебе бы следовало также исправить отчет, сделанный твоими людьми.

Савини кивнул:

— Совершенно верно. Мы поужинаем вместе сегодня вечером?

— Нет, я уезжаю. Увидимся на следующей неделе.

Савини вышел из комнаты и закрыл дверь. Он чувствовал себя более спокойно. Танкреди шел на поправку и двигался в правильном направлении. Затем он вошел в лифт и нажал на кнопку Т. Он был доволен. Ему хотелось, чтобы Танкреди все-таки прочитал тот отчет, поэтому и не уничтожил его. Он хорошо его знал, поэтому был уверен, что тот прочитает каждую строчку и ничто не ускользнет от него.

В Вене вовсю светило солнце, когда София прилетела в этот город.

Забрав свой багаж, она встретилась с друзьями-музыкантами, и они вместе сели в такси, которое отвезло их в отель «Бристоль» – лучший в городе.

— Я приезжаю на этот концерт каждый год и хорошо знаю Вену, не хотите прогуляться?

Франц Доссенфорд играл на флейте, он молод, красив, у него голубые глаза и милая улыбка. И самое главное, он очень цепляющий. В короткое время ему удается уговорить согласиться нескольких музыкантов, поэтому он организовал экскурсию по городу на автобусе, который выдал им отель. Он вмещал себя восьмерых – как раз столько и согласились на прогулку, – и София была в их числе.

— Ты правильно сделала, что поехала. Вот увидишь, тебе понравится, а к тому же отвлечемся немного.

Это ей сказала сербская кларнетистка ее же возраста, чуть худее ее, с длинными волосами цвета воронова крыла, бледным лицом, пухлым ртом и голубыми глазами. Она была очень женственной, и у нее красивая улыбка. Она все время смеялась. Ее зовут Андреа Бош, но никакого отношения к бытовой технике она не имела, что не уставала повторять.

Франц Доссенфорд сидел рядом с водителем и рассказывал им про красоты Вены.

— А вечером я проведу вас по лучшим, современным и самым красивым ресторанам и клубам. Вот увидите, вы полюбите Вену, но только если вы этого заслужите, только если хорошо сыграете.

Все засмеялись. Даже София веселилась – ей нравилось проводить время в этой компании. Помимо Андреа и Франца, тут был Джордж Макканьон, играющий на тромбоне, Ульрих Бодерман – трубач, Дэвид Хоффер – валторнист, и фаготистки Джованна Джинестри и Моник Вайлан.

— Вот здесь поверните направо.