Книга Человек, который не хотел любить, страница 66 – Федерико Моччиа

Грегорио Савини проделал огромную работу. Танкреди начал читать все записи. Он заметил, как менялся со временем её почерк, превращаясь из детского, круглого в более прямой и чёткий, как и мысли, которые она выражала и складывала в предложения. Затем экзамены, зрелость, и эта девчушка внезапно превратилась в настоящую женщину. И вот её первая большая любовь и первый поцелуй. Он просмотрел все фотокопии страниц её старого дневника, её рисунки, фотографии, нарисованные сердечки, надписи, сделанные цветным фломастером, имена друзей и всех потенциальных женихов и признания в любви, украденные у каких-нибудь известных поэтов и сочинённые ею самостоятельно.

Танкреди вдыхал жизнь этой женщины, чувствовал её аромат, изучал изменения, представлял её походку, её голос, напитываясь всем этим бесконечным количеством мелких деталей. Среди множества бумаг он заметил конверт. Открыв его, он нашёл в нём маленькую кассету. Он поднялся и вставил её в магнитофон. Это была запись её автоответчика. Он слушал её голос, её ответы, ответы её подруг, приглашения на вечеринки. Также он прочёл несколько её эсэмэсок. Он был удивлён, как изменилась жизнь этой девушки за все эти годы. Из Испики она переехала в Рим, недолго проучилась там, затем уехала во Флоренцию, где жила у тёти, но всё это время одно непременно оставалось неизменным: её страсть, доставшаяся ей по наследству от сицилийской бабушки, – фортепиано.

Ещё одна кассета. Танкреди услышал её первое выступление. Шуберт. Софии было всего шесть лет, но она уже казалась ему превосходной пианисткой, насколько, конечно, он мог судить о музыке. Он продолжал слушать её исполнение, ставил одну кассету за другой, тем временем читая её лицейские сочинения, полные идей, оригинальных мыслей, иногда запутанных и сложных, а иногда довольно простых и наивных. Он пролистывал фотографии разных лет, и эта девочка, казалось, расцветает у него на глазах: тёмные волосы, затем светлые, затем короткие, на ней одежда маленького ребёнка, затем девочки постарше, затем девушки и, наконец, женщины. Фотографии с праздников Рождества, Пасхи, с моря, с Нового года в горах, затем она снова начала вести свой дневник, впервые сыграла фугу, впервые выехала за границу. Его почти раздражали все эти годы, проведённые в поездках по Италии, по всему миру, праздники, школьное время, её веселые и скучные дни, улыбки и слёзы – всё, что было без него. И вдруг он почувствовал зависть к этому быстро закончившемуся времени, которое уже никогда не вернётся… и он не сможет появиться в её прошлом.

Её первый раз. Он пытался выкрасть воспоминания из фраз в её дневнике, из её писем, из её фотографий, сделанных незадолго до него и сразу после того, как он должен был произойти. Понравился ли ей секс? Была ли она напугана? Было ли ей больно? Она смеялась, плакала, наслаждалась? И как тот мальчик занимался с ней любовью? Нежно, страстно или рассеянно, торопливо, быстро? Он прочитал отрывок из дневника несколько раз и представил себе всю историю. Он – Джованни, её первый парень оттуда же, откуда и она, из Испики. София наблюдала за ним каждое лето на пляже, она видела, как он рос у неё на глазах. На его теле появлялись первые волосы, менялся голос, росла борода. Танкреди взахлёб читал отчёт о том периоде. Они встретились в баре. Он был старше её, но София была не против. Она дала ему понять, что он ей очень нравится, но он считал её просто девочкой, милой, забавной, возможно, даже красивой, но уж точно не настоящей женщиной. Тогда она решила подождать. День за днём, неделя за неделей она выжидала и не торопила события. Каждое лето она подготавливала его – всё было зафиксировано в её дневниках. Её движения, её шаги, шутки, телефонные звонки… постепенно она стала его самой близкой подругой и после начала заигрывать с ним. Она дарила ему подарки, делала сюрпризы, всегда заходила в гости и приносила что-нибудь поесть, оставляла ему записки на своем «моторе», как называли скутеры в её регионе. Год за годом София продвигалась всё дальше и дальше: озорная шутка, двусмысленный намёк, сексуальное напряжение… И поэтому она стала для него желанной и в конце концов превратилась в навязчивую идею. А затем вдруг всё изменилось. Нашутившись вдоволь и даже не дав ему передохнуть, она внезапно исчезла. Через несколько дней Джованни почувствовал, что сходит с ума, поэтому он пошёл к ней домой и спросил её родителей, где она. Но София подготовила их: «Я поехала учиться к Лючии, потому что есть кое-кто, кто не даёт мне покоя. Даже если он будет настаивать, не говорите ему, где я!»