Книга Человек, который не хотел любить, страница 59 – Федерико Моччиа

— Я принесла и твоих любимых.

Девушка улыбнулась ей:

— Спасибо.

Они особенно хорошо ладили с Марией Тонделли, что немного удивляло всех, кто знал замкнутый характер Клодин.

Затем горничная ушла, и мальчишки тут же набросились на печенье:

— Мм… какие вкусные.

Танкреди взял шоколадное:

— Кстати, Франческо, Клодин тоже такие умеет готовить.

Франческо не совсем понял, шутит он или нет:

— И получаются прямо такие же вкусные?

— Ты действительно всё ещё веришь всему, что говорит мой брат? Сколько ты уже с ним дружишь? Естественно, всё это ложь, на кухне я делать не умею ничего.

Танкреди решил не отступать:

— Но у нее есть целая куча других талантов, о которых просто невозможно догадаться…

Клодин засмеялась:

— Он хочет тебя одурачить и пытается убедить, что у меня хорошо получается то, о чём я даже представления не имею…

— Ага… – Франческо невольно подумал о сексе и слегка возбудился.

Клодин заметила это, но сделала вид, что ничего не произошло. Она даже сменила тему:

— Ты не говорил с Джанфилиппо?

Танкреди то и дело слегка толкал и подначивал Олимпию, которая пыталась отдышаться, и в конце концов она надулась на него.

— Нет, а ты?

— Да, он не смог приехать на эти выходные, потому что ему нужно было учиться. Он сдал ещё два экзамена. Он ведь почти окончил университет!

— Ага. – Танкреди попытался поцеловать Олимпию, которая, смеясь, в очередной раз увернулась от него. – Наверное, это у него от папы. А у нас материнские гены – мы предпочитаем веселиться.

На этот раз Танкреди наконец удалось поцеловать Олимпию, которая какое-то время сначала сопротивлялась и сжимала губы, а затем сдалась.

— Да… – произнесла Клодин, – может быть, и так…

Затем она как-то странно нахмурилась и отошла от всех, жуя печенье. Она остановилась в углу сада, сняла свои большие солнцезащитные очки, бросила их на шезлонг и прыгнула в бассейн. Он идеально вошла в воду, сложив вместе прямые ноги и разбрызгав совсем немного воды. Затем она выплыла посередине бассейна. Её волосы стали темнее, и вода прилизала их назад. Она начала плыть безупречным брасом; с того места, где сидел Франческо, он мог наблюдать, как сгибаются и выпрямляются её длинные загорелые ноги. Когда она достигла края бассейна, то перекувыркнулась в воде, оттолкнулась ногами от стены и проплыла под водой. Затем она вынырнула чуть дальше, продолжая плыть брасом. Потом она внезапно остановилась, снова погрузилась под воду, а когда всплыла, то медленно выпустила воздух из носа. Она была полностью мокрой. Её зеленые глаза поразили Франческо. Такая красивая, сексуальная, странная, хранившая в молчании свои секреты. Он не совсем понимал, что она за человек, но она определённо нравилась ему.

Клодин внезапно повеселела от пришедшей ей в голову идеи:

— Эй, Танк, почему бы тебе и твоим друзьям не остаться на ужин?

Танкреди погладил Олимпию, а затем посмотрел на остальных друзей:

— Почему бы нам лучше всем вместе не поехать куда-нибудь поесть? Тут полно мест, где очень вкусно готовят!

— Но здесь зато Франка! Она готовит лучше всех на свете! Она может приготовить нам всё, что мы захотим, лучше любого ресторана… ты же знаешь, как папа заботится о кухне. И к тому же мне неохота куда-то ехать!

Танкреди фыркнул. Это была обычная история. Труднее всего было вытащить её из дома. Но сейчас было не время спорить у всех на глазах.