Книга Искатель 25, страница 86 – Сергей Шиленко

Затем его внимание снова переключилось на Хейли, которая всё ещё терлась поблизости. Густые брови Торика вновь сошлись на переносице.

— Какие бы светлые и нежные чувства ты к ним ни испытывала, внучка, сегодня ты выступаешь в роли моего официального советника, так что прекрати тискать чужую делегацию на глазах у всего совета, держи марку!

Очаровательная гномка с заметно покраснела, щеки вспыхнули ярким румянцем смущения. Бросив на меня виноватый, но всё ещё теплый взгляд, Хейли в последний раз порывисто прижалась ко мне, обдав легким ароматом целебных трав и выпечки, а затем поспешно отстранилась и юркнула за широкую спину деда, встав по стойке смирно.

Торик проводил ее недовольным взглядом, сокрушенно покачал головой и наконец властным жестом приказал своим закованным в латы стражникам расступиться и освободить проход. Он сделал приглашающий жест в сторону массивных резных дверей.

— Что ж, судья Теневого Крестового похода, — произнес он уже совершенно другим, деловым и расчетливым тоном, в котором прорезались нотки торговца. — Давайте поговорим о делах.

Я мысленно потирал руки, шагая вперед. Этот старый лис вовсе не дурак, он прекрасно понимал, что старый мир с треском катился в бездну, но, как истинный гном, хотел выторговать для своего народа место потеплее, да еще и с максимальной скидкой. Что ж, дедуля, я принёс тебе в своих бездонных сундуках столько забористого компромата, что твоя шикарная борода поседеет ещё раз. Пора переходить от тёплой встречи к настоящей грязной политике.

Нас провели в просторную, на удивление уютную комнату, расположенную прямо по соседству с огромным вестибюлем. В центре возвышался массивный, отполированный до зеркального блеска каменный стол, вокруг него полукругом стояли такие же, но невероятно низкие каменные сиденья. Точнее, низкими они казались для людей вроде меня, но для гномов в самый раз. Я осторожно опустился на холодную поверхность, гадая, насколько быстро у меня затечет задница от таких дипломатических удобств.

Мы расселись друг напротив друга. С одной стороны стола выстроились суровые, насупленные старейшины-гномы во главе с Ториком Примирителем. Их густые бороды воиственно топорщились, а в глазах читалось настороженное недоверие. С нашей стороны расположилась делегация Теневого крестового похода. Я невозмутимо обвел взглядом присутствующих, мысленно выдохнул и приступил к делу.

Я начал выкладывать прямо на отполированный камень стопки бумаг, увесистые папки, перевязанные бечевкой, свитки и толстые бухгалтерские книги, все кропотливо собранные Ирен свидетельства и документы, неопровержимые факты грязного вмешательства Малина в чужие дела.

— Здесь, — ровным холодным голосом произнес я, придвигая к Торику первую стопку, — доказательства их проникновения в Последнюю твердыню Гурзана, вот здесь отчеты о разграблении Склепов Корогана, а в этих бумагах описана масштабная сеть влияния, опутавшая Харалдар и, по сути, весь Шалин.

В течение следующего часа в комнате стоял лишь шорох перелистываемых страниц, шелест пергамента и приглушенные возмущенные охи старейшин. Мы методично, шаг за шагом, вскрывали перед Ториком и его народом всю гнилую правду о Консорциуме «Шалин Гранд», документально подтверждая все их махинации, подкупы, шантаж и заказные убийства.