Книга Мальтийский сокол и другие истории, страница 70 – Дэшил Хэммет

* * *

Подтянутый лопоухий молодой человек проводил Спейда в кабинет окружного прокурора. Спейд вошел, беззаботно улыбаясь, и непринужденно сказал:

— Привет, Брайан.

Окружной прокурор Брайан встал и протянул ему руку через стол. Это был блондин среднего роста и сложения, лет сорока – сорока пяти, с агрессивными голубыми глазами за стеклами пенсне на черной ленточке, чересчур большим ртом оратора и ямочкой на внушительном подбородке. Когда он произнес: «Как поживаете, Спейд?», в его голосе зазвучала скрытая сила.

Они пожали друг другу руки и сели.

Окружной прокурор ткнул пальцем в одну из четырех перламутровых кнопок, выстроившихся перед ним на пульте, и сказал юноше, который снова отворил дверь:

— Попросите зайти мистера Томаса и Хили. – А потом, развернув кресло, дружески обратился к Спейду: – Вы с полицией не очень-то ладите, да?

Спейд сделал небрежный жест пальцами правой руки.

— Ничего серьезного, – легко сказал он. – Данди становится слишком рьяным.

Дверь открылась и впустила двоих. Один, которому Спейд сказал: «Привет, Томас!», был загорелый коренастый мужчина лет тридцати. Его одежда и волосы находились в одинаковом беспорядке. Он хлопнул Спейда по плечу веснушчатой рукой и спросил: «Как делишки?», а потом сел рядом. Второй был моложе первого и не такой колоритный. Он сел чуть в стороне от остальных и положил блокнот для стенографирования на колени, а поверх него – зеленый карандаш.

Спейд бросил взгляд в его сторону и спросил Брайана:

— Все, что я скажу, будет использовано против меня?

Окружной прокурор улыбнулся.

— Это всегда успеется. – Он снял пенсне, посмотрел его на свет и снова водрузил на переносицу. Затем взглянул сквозь стекла на Спейда и спросил: – Кто убил Тёрсби?

— Не знаю, – ответил Спейд.

Брайан потер большим и указательным пальцами черную ленточку от пенсне и веско сказал:

— Вполне вероятно, что не знаете, но вы, безусловно, могли бы сделать отличное предположение.

— Мог бы, но я бы не стал.

Окружной прокурор вскинул брови.

— Я не стал бы, – повторил Спейд. Он был безмятежен. – Какими бы отличными или никудышными ни были мои предположения, миссис Спейд вырастила своих отпрысков не настолько глупыми, чтобы они играли в догадки в присутствии окружного прокурора, заместителя окружного прокурора и стенографиста.

— Почему бы и нет, если вам нечего скрывать?

— Каждому есть что скрывать, – кротко ответил Спейд.

— А что скрываете… вы?

— Прежде всего, свои предположения.

Окружной прокурор посмотрел на крышку стола, а затем на Спейда. Он покрепче усадил пенсне на нос и сказал:

— Если вы предпочитаете удалить стенографиста, мы это сделаем. Я пригласил его просто для удобства.

— Я ни капельки не возражаю против него, – ответил Спейд. – Я жажду, чтобы все, что я скажу, было записано, и готов это подписать.

— Мы не собираемся просить вас что-то подписывать, – заверил его Брайан. – Я совсем не хочу, чтобы вы воспринимали нашу беседу как официальный допрос. И, пожалуйста, не считайте, что я хоть сколько-нибудь верю в теории, которые, похоже, сформировались у полиции, а тем более – что уверен в них.

— Значит, не верите?

— Ни единому слову.

Спейд вздохнул и положил ногу на ногу.

— Рад это слышать. – Он пошарил по карманам и вытащил листки папиросной бумаги и табак. – А какова ваша версия?