Онлайн книга «Хищные создания»
|
Сова врывается в темноту леса и исчезает. А спустя мгновение исчезаю и я. Благодарно соскальзываю в тихую тьму. 37 Наконец я это вижу. Я – Лара Бетани Уильямс, и я всегда была достаточно хороша. А все остальное… все остальное – просто цветы… Его голос звучит низко, но прерывисто, дыхание – горячее и сладкое – у моего уха, словно аромат лилий. Но бабушка говорит, что лилии предвещают смерть, и, похоже, именно на ее пороге я сейчас и нахожусь – после… после… — Ла, Ла, послушай, пожалуйста… Не отключайся. Прошу, оставайся со мной, пока не придет помощь… Ты должна меня слушать, хорошо? Оставайся со мной и… и позволь мне рассказать тебе историю. Итак, это была вечеринка по случаю шестнадцатилетия Сесилии Хантерсон – в дурацком стиле «Гэтсби»; ты же знаешь, как я ненавижу эту идиотскую книгу. Но я все равно пошел, потому что пошла ты. Я знаю, ты думаешь, что я каменный или вроде того, но весь этот чертов год я хотел что-то предпринять. Что-то насчет… насчет нас. Ну ладно, ты же меня знаешь – скорее, я хотел что-то сказать. Полагаю, в целом я человек слова, а не дела. В общем, все твердили мне, что я должен это сделать, что ты этого хочешь, что, возможно, я не так уж прочно застрял во френдзоне, как мне кажется. И, конечно, я сам хотел. Мне и без чужих советов все было ясно – с самого начала. С того самого момента, как я впервые увидел тебя, – ты сидела в библиотеке, корпя над каким-то древним учебником. Мне тогда показалось, что все вокруг черно-белое, а ты – единственное цветное пятно. И я не знаю, чего я боялся в тот вечер… Но… нет, это неправда. Я точно знаю, чего боялся… Мы вместе спешим на поляну, спрятанную под сенью дубов и кустов шиповника. В траве мерцают желтые цветы таволги, словно маленькие звезды, и, хотя я знаю, что сейчас весна, вокруг нас будто падает снег… Но это не снег – это лепестки цветов вишни, магнолии, яблони, падающие с неба: словно шелковое лакомство, сладко благоухающая метель… — Я боялся отказа – с твоей стороны. Я думал, что лучше не знать, чем попробовать… и ошибиться. Я бы не выдержал, если бы ты рассмеялась или… или почувствовала отвращение или… если бы нашей дружбе пришел конец. Но теперь я понимаю, что это была обыкновенная трусость. Поляна тихая и уединенная. Он выбрал отличное место. Воздух пронизан тонким ароматом – на пороге весны он сладок… — Я все испортил, Ла. Я так нервничал. И слишком много выпил, и да, я флиртовал с… боже, я даже уже не помню ее имени; как же это было глупо. Все, чего я хотел, – чтобы ты хоть раз заметила меня, увидела таким, какой я всегда видел тебя. Поняла, что я не просто надежный старина Рис, а что я тоже могу быть желанным. Я начал вести себя так, будто меня уже отвергли, хотя на самом деле я даже не набрался смелости попробовать. А ты в тот вечер казалась такой тихой… Эти три клятвы я дам тебе: Она не будет создана из смертной плоти. Она будет прекраснее любого цветка на лугу. И она будет любить тебя безмерно. — Потом свет погас, и я потерял тебя из виду. Я запаниковал. Время истекало, и казалось, что это мой последний шанс, мой единственный шанс, – тогда я даже не осознавал, насколько был прав… …и когда волшебник видит свое творение завершенным, он едва может поверить в свое мастерство. Нежный цветок, обратившийся нежной плотью; перламутровые лепестки в ее мягких волосах и поляна, оживающая от пения птиц… |