Книга Идеальный мир для Химеролога 2, страница 97 – Олег Сапфир, Марк Альтергот

— Мне даже интересно, какого уровня у вас тут животные.

Агнесса шагнула к одной из клеток, намереваясь проверить выставленную на продажу ворону. Но её взгляд случайно упал на массивную клетку, стоявшую в углу, в которой дремал Псих.

Я увидел её намерение за долю секунды до того, как она двинулась.

— Нет! — резко крикнул я.

Но было поздно.

Она поднесла сферу к клетке, в которой сидел мой начальник службы безопасности.

Шар вспыхнул так ярко, что на мгновение ослепил всех. А затем с треском раскололся на сотни мелких осколков, которые дождём осыпались на пол.

— Бракованная сфера, — спокойно констатировал я, глядя на россыпь хрусталя у её ног.

— Да, бракованная, — удивлённо согласилась она, глядя на пустую ладонь.

— Ладно, есть у меня канарейки, — сказал я, решив, что хватит с неё на сегодня потрясений. — Всё у нас есть. Ждите здесь, сейчас принесу.

Я ушёл в свой кабинет, плотно прикрыв за собой дверь.

— Кеша! — позвал я.

Попугай, дремавший на шкафу, тут же проснулся и спикировал мне на стол.

— Канарейка. Десять минут. Чтобы была здесь.

— Что⁈ — возмутился попугай, распушив перья. — Хозяин, ты в своём уме⁈ Десять минут⁈

— Бегом, канарейку мне!

— Где я её тебе найду? Я что, буду похищать канареек у честных граждан⁈ Я тебе не какой-нибудь гопник!

— Не похищать, — терпеливо пояснил я. — А проводить рекрутинг, ты же профессионал. Просто объясни ей, в каких условиях она будет жить и что получит взамен. Предложи контракт. Расскажи про соцпакет, бесплатное питание и медицинское обслуживание. Будь дипломатом.

— А-а-а… — протянул Кеша. — Ну, это может сработать…

Ровно через десять минут он вернулся. Но не один. В когтях он нёс не одну, а двух крошечных жёлтых птичек.

— Я просил одну.

— Они отказались лететь друг без друга, — отрапортовал Кеша, выпуская птиц на стол. — Они пара. Любовь, все дела… Либо вместе, либо никак. Еле уговорил. Говорит, у неё муж — тот ещё ревнивец, одну не отпустит.

Я вздохнул, но спорить не стал. Что ж, пара так пара. Даже лучше.

Взял обеих птичек и быстро принялся за работу.

Сначала улучшил их оперение, сделав его ярче и прочнее. Укрепил кости, чтобы они могли выдерживать небольшие нагрузки. Оптимизировал кровеносную систему для большей выносливости.

А затем установил ментальные ограничители. Но это были не простые запреты. Система была устроена гораздо сложнее. В момент агрессии или опасности мозг птицы получал дополнительный ресурс, позволяющий за доли секунды проанализировать ситуацию и подавить инстинкт, если действие было глупым, бессмысленным или могло причинить вред хозяину. Это была своего рода встроенная система «здравого смысла».

Закончив, я вынес канареек клиентам. Две маленькие, ярко-жёлтые птички сидели на моей руке и мелодично щебетали, склонив головки набок.

— Продаются только парой, — объявил я.

— Нам нужна одна, — отрезала Агнесса.

Её брат расстроенно посмотрел на птиц, которые тут же начали что-то нежно щебетать друг другу. Было видно, что ему жаль их разлучать.

— Может, отцу позвонить? И маме? У них спросить… — тихо предложил он.

— Не надо! — резко оборвала его сестра. — Они заняты. Я сама могу решать. Берём двоих.

Агнесса прекрасно понимала, что её родители мертвы. Но отчаянно не хотела, чтобы брат вспоминал об этом, цепляясь за любую возможность оградить его от этой травмы. А он, в свою очередь, считывал её эмоции и понимал, что она скрывает правду. Он играл в эту игру вместе с ней, чтобы не причинять ей ещё больше боли.