Книга Идеальный мир для Химеролога 3, страница 48 – Олег Сапфир, Марк Альтергот

— Ты думаешь, мне здесь сейчас кто-то может что-то сделать? — с усмешкой спросил я.

Она пожала плечами и, взяв флягу, скрылась в темноте.

Я проводил её взглядом.

На самом деле, здесь мне много кто что может сделать. Но просто так, без боя, я не сдамся. Да и химер бояться — в химерологи не идти.

К тому же, я был почти уверен, что те люди, которых мы спасли, были не простыми «туристами». Обычных гражданских так не охраняют. Скорее всего, это был какой-то важный груз. Или важная персона. А значит, я не просто собрал материал. Я вмешался в чью-то историю.

И это делало ситуацию ещё интереснее.

* * *

Где-то в Диких Землях

Внутри бронированного внедорожника «Крепость»

— Твари снова заходят с левого фланга! Третья машина, держите сектор!

Командир отряда охраны рода Таволжских, Максим Терентьев, поморщился и приглушил рацию. Крики в эфире становились всё отчаяннее, и он не хотел, чтобы его подопечные это слышали.

Он бросил взгляд на заднее сиденье своего броневика. Там, вцепившись друг в друга, сидели двое детей. Варвара, девочка лет двенадцати с огромными испуганными глазами, и её старший брат, шестнадцатилетний Кирилл, который изо всех сил старался выглядеть невозмутимым, но побелевшие костяшки пальцев выдавали его страх.

Наследники древнего рода Таволжских. Его работа — доставить их в Москву живыми. И пока что он с ней справлялся из рук вон плохо.

— Вот, наденьте, — сказал он, протягивая им дорогие наушники с активным шумоподавлением. — Там сейчас будет немного громко.

Дети послушно подчинились. Максим включил им какую-то успокаивающую музыку. Пусть лучше слушают классику, чем предсмертные хрипы его бойцов.

Они возвращались со свадьбы старшего брата Дмитрия из Петербурга в Москву. Простая, казалось бы, задача. Но в Диких Землях простых задач не бывало.

Сначала их огромный караван из двадцати машин попал в засаду в лесу. Какие-то направленные взрывы повалили вековые деревья, отрезав половину отряда. Им пришлось прорываться с боем, потеряв ещё несколько машин. А теперь, когда до ближайшего имперского форпоста оставалось не больше часа пути, они застряли окончательно.

— Твари колёса прокусили, сволочи… — прошипел в рации другой голос. — Мы обездвижены.

Максим выругался про себя. Прокусили… Да он оторвёт голову тому инженеру, который клялся, что эти шины выдержат прямое попадание из пулемёта.

— Экономьте патроны! — отдал он приказ по общей связи. — Не стрелять впустую! Они нас изматывают!

Час. Или два? Он уже потерял счёт времени. Они стояли здесь, в этой проклятой лощине, как в консервной банке, а вокруг кружили тени. Быстрые, юркие и почти неуловимые в темноте. Они не лезли напролом, а действовали умнее.

Сначала выбили фары почти на всех машинах. Затем уничтожили прожекторы. Осветительные ракеты, которые у них были, закончились ещё полчаса назад. Теперь они сидели в почти полной темноте, и только вспышки выстрелов и фонарей на мгновение выхватывали из мрака мелькающие силуэты.

— Командир, у нас ещё один трёхсотый! Тяжёлый! Медик не справляется!

Максим стиснул зубы. Его люди умирали. А он сидел здесь, запертый в бронированной коробке с двумя детьми, чья жизнь была дороже жизней всего его отряда вместе взятого.

Он догадывался, почему твари слетелись именно на них.