Книга Идеальный мир для Химеролога 12, страница 107 – Олег Сапфир, Марк Альтергот

Машина затормозила и припарковалась у края тротуара, вляпавшись широким колесом в огромную грязную лужу.

— Прибыли. Цель находится на этом объекте.

Станислав опустил тонированное стекло. Холодный сырой воздух ударил в салон. Аристократ уставился на кирпичное здание, которое явно помнило лучшие времена Империи, но предпочло бы о них забыть. Штукатурка сыпалась. На фасаде висела видавшая виды вывеска: «Ветеринарная клиника „Добрый Доктор“». Рядом располагался столь же унылый жилой подъезд с облупившейся железной дверью.

Лицо Белозёрского брезгливо исказилось.

В его представлении Катерина сейчас должна была сидеть где-то в сыром подвале, закутанная в рваный плед, и со слезами на глазах делить сухую горбушку хлеба с уличными крысами.

— И дай угадаю, — язвительно протянул Станислав. — Моя сестра работает вот здесь? Лечит бездомных лишайных псов?

— Верно, господин.

— И дай ещё угадаю. Живёт она тоже здесь?

— Да. Снимает или приобрела квартиру в этом доме, информации по документам пока нет. Но живёт она точно здесь.

— М-да… — пробормотал Станислав. — Вот это ты скатилась, Катя. Весь род Белозёрских как будто только что провалился на три ступени ниже в имперской иерархии.

Он был в откровенном шоке. Одно дело — бунтовать. Другое — добровольно лезть в социальный мусоропровод. Изначально он планировал подойти жёстко. Прочитать мораль, ткнуть носом в очевидный провал её независимости. Думал: «Если откажется ехать, даже копейки ей не оставлю, пусть грызёт свой выбор до конца».

Но сейчас, оглядывая местную разруху и торчащих в подворотне маргиналов в трениках, Станислав почувствовал укол глупой жалости. Заблудшая, порядком нахлебавшаяся суровой реальности девчонка. Он машинально засунул руку за борт пиджака и коснулся плотной пачки банкнот.

«Ладно, — решил он про себя. — Начнет упираться — просто всучу ей эти деньги. Пусть купит нормальной еды или приличную куртку найдет. В конце концов, нельзя давать родной крови загнуться в подобном гетто».

Благородные размышления прервались внезапным грохотом.

Рвануло с такой силой, словно внутри клиники сработала мина, и широкое витринное окно первого этажа выплюнуло на тротуар веер стеклянного крошева. Телохранители в машинах сразу подобрались и положили ладони на оружие.

Следом сквозь разбитую раму на улицу кубарем вывалилась химера. Это оказалась омерзительная груда бугристых мускулов под грязно-рыжей чешуей с вытянутой мордой, сплошь усеянной острыми мелкими клыками. Тварь злостно шипела, сучила когтистыми лапами по асфальту, била хвостом так, что искры летели, и явно готовилась устроить кровавую баню всему кварталу.

Станислав побледнел. Он уже открыл рот, чтобы дать команду на уничтожение, но тут из выбитого окна высунулась молодая девушка в обычной блузке, юбке-карандаше, с аккуратно уложенными волосами.

Девушка упёрла руки в бока и с таким возмущением уставилась на беснующегося монстра, будто это был нашкодивший спаниель.

— А ну стоять! — крикнула она на всю улицу. — Ты куда это намылился⁈

Монстр обернулся, издав пробирающий до костей рёв.

— И не рычи мне тут! — девчонка вообще не впечатлилась. Она шагнула прямо в образовавшийся проём, ловко спустилась на асфальт, подошла вплотную к убийственной твари и… просто схватила её за здоровенное ухо. — Если тебе прописали укол, значит, ты получишь укол! И без фокусов! А за то, что разбил витрину, свою мясную вкусняшку после процедур ты не получишь! Всё, марш обратно на стол!